Фесмаб

Падая, она услышала ещё выстрел…

Очнулась Таня лицом на земле. Чёрт! Детекторы слишком чуткие. Стиснув зубы, она перевернулась на здоровый бок. Костя лежал на животе. На его светлой куртке, под левой лопаткой краснела рана. Кровь уже не шла.

— База. Нас атаковали магией. Положили. Баба ещё шевелится. Приём, — прокричал первый голос.

— Говорили же, не стрелять! Приберись и уходи! — ответила рация.

“Как ты?” — тревожно спросила Таня.

“Пару минут”, — ответил Костя.

Она стиснула зубы. Приближались два человека в камуфляже и шлемах.

Ближайший держал её на мушке. За зеркальным стеклом его защитных очков мерещилась ухмылка. Тонкая медная сеточка под одеждой, значит? Щас проверим. Таня отправила пару сильных тандемных зарядов.

Громкий писк детектора. На камуфляже первого бойца у сердца мигнула вспышка. Громыхнул выстрел второго, но пуля ткнулась в землю рядом с Таней. Еще писк и вспышка. Первый стал неуклюже падать на бок. Другой присел, будто внезапно устал, и завалился на спину. Только дым оставался в недвижном воздухе.

Со стоном перевернувшись на спину, Константин почувствовал, как из раны выпало что-то тяжелое и прокатилось под курткой. Невесело оскалился — который раз он уже успевает регенерировать. Что же будет если не успеет?

Он поднёс к лицу дрожащую руку, будто убеждаясь, что она всё еще его. Сдерживая стон, привстал на локте. Возле двух тел сгорбившись сидела Татьяна, её плечи вздрагивали.

— Третий! Что, там у тебя? Приём! — доносилось из рации.

Серов подполз ближе. Таня, всхлипнув, сунула ему шоколадный батончик и отвернулась.

Она выковыривала обломанными ногтями из магазина охотничий патрон. Брала его за металлическую часть и замирала. Пластик гильзы плавился, открывая маленькую дырочку. Там загорался огонёк. Он медленно распространялся внутри. Через некоторое время в руке оставался лишь металлический цилиндрик с лохмотьями пластика. Таня отбрасывала его в строну и шмыгала носом. Дула на обожжённые пальцы и всё повторялось.

— Ты как? — спросил Констатин.

— Я их убила.

Он попытался обнять её и успокоить:

— Не ты, так они. Забудь.

— Дурик, я из-за тебя, — она отстранилась, достала из разгрузки трупа ещё батончик и сунула в руку. — Ешь, тебе надо восстановиться. У второго, там ещё есть. И патроны возьми. Понял, как я заряжаюсь?

— Угу, — ответил Серов, набивая рот.

— Это точно РБМ, — Татьяна кивнула на рукав. Серов разглядел нашивку: сгорающий глаз с вертикальным зрачком на белой радужке. — Они, наверное, что-то сделали с жителями.