Лукоморье

Сама баба Нюра, тогда ещё русоволосая, невысокого роста девушка с автоматом в руках, бежала навстречу и обнимала одного из солдат — улыбающегося, рослого парня. Повторялось это вновь и вновь, без звука.

На других экранах тоже была хроника самых разных лет. Не всё было понятно. Четверо бодрствующих бродили по этому молчаливому кинозалу, где каждый спящий зритель сидел перед повторяющимся фильмом, и пытались понять хоть что-нибудь. Чугунок, нервно вздрагивающий кончиком хвоста, посматривал по сторонам, но никуда не убегал.

Сидящие в креслах дышали, Евгения поднесла зеркальце к губам и носу каждого; стекло запотевало не сразу. Рискнула приложить пальцы, и почувствовала редкий, но устойчивый пульс, на ощупь тела были теплы живым человеческим теплом. И ещё поражало, что не было никаких запахов. Кроме своих собственных: запах собственной кожи, предметов, всего прочего ощущался сильно и пронзительно.

— Четыре места — это для нас. — Антон обошёл, вместе с остальными, тихий круглый «кинозал». — Зачем? Что мы могли там увидеть? Почему возвращаемся?

— Может, мы делаем не то, что ожидается? — Катерина стискивала зубы, чтобы не испугаться.

— И что ожидается? — Антон окинул всё взглядом. — Как только мы выходим отсюда, из дома начинает переть всякая нечисть. У тебя вон записано, и эти деревянные люди, мать их, и зомби, и крабы какие-то, и всякая пакость. И каждый раз нас гонят к дубу, и есть только один способ всё остановить.

— Почему один? — Евгения посмотрела ему в глаза. — Есть кое-что, что мы не пытались делать.

— Да всё мы пытались, Женя. — Катерина схватила её за рукав. — У тебя записано. У меня записано. И каждый раз объясняем этому Колосову, и каждый раз собираемся дома. Всё пробовали. Не собираться. Удрать от Колосова. Наговорить ему всякого бреда. Всё равно здесь оказываемся!

— Нет, есть ещё кое-что. Идёмте, на месте покажу. Берём с собой воду. И ту, и другую.

Когда они вылезли из подполья, у спуска в него стояло четыре ведра. Два с мёртвой водой, и два — с живой.

13.

Они бежали, уже всё было отработано и привычно, за ними сейчас шли люди или зомби — существа, очень похожие на людей, только зеленоватого оттенка. Когда они раскрывали рты, чтобы издать устрашающее, отвратительное шипение и вой, кровь текла по их губам и капала, пятная обрывки одежды и землю под ногами.

— Осталось всего ничего! — предупредила Катерина.