Про пряности, снег и трели ветра (путевые заметки странника по мирам)

Это был не бог — вернее, не живой бог, а исполинская статуя, возлежащая в зарослях. Тот, кто создал ее, постарался на славу; я до сих пор не мог поверить, что плоть титана была из белого мрамора, унизанного телесного цвета прожилками, а складки на тоге и морщинки — всего лишь искусной работой резца и игрой светотени.

Краем глаза я заметил какое-то движение, но продолжил делать вид, что рассматриваю статую, а сам незаметно завел руку вбок, к седельной сумке, и когда кусты слева шелохнулись, выхватил свой посох и молниеносным движением направил его в ту сторону.

Будь там олень или кабан, они бы сбежали, а коли хищник — что ж, я был готов обороняться!

Но кусты вскрикнули тонким голоском, и кто-то маленький вывалился на траву, заслоняясь руками. Ребенок! Дико перепуганный, он сжался в комочек и зажмурился.

Меня и самого трусило, но я убрал посох за спину, присел на корточки и выдавил из себя дружелюбную улыбку.

— Привет, малыш! — позвал я, стараясь говорить уверенно и мягко. — Не бойся меня. Разве я такой страшный?

Мальчик несмело выглянул из-под заслона рук.

Он был явно из Приттики, о чем говорили узкие черные глаза, стянутые в хвостик волосы цвета сажи и кожа оттенка мякоти бамбука. Я прекрасно понимал его чувства — встретить незнакомца в таком жутком месте испугало бы любого. Меня тоже.

— Я не собираюсь тебя обижать, малыш, — я пытался подражать интонациям своей мамы, когда она утешала меня в детстве. — Как тебя зовут?

Малыш глядел на меня все еще затравленно, но уже не дрожал. Он отполз чуть подальше к кустам, туда, где его заслоняла от меня рука каменного титана, и уже оттуда пискнул:

— Меня зовут Бо, мистер.

..

Зеленые тени на его лице и запутавшиеся в волосах листики делали его похожим на лесного эльфа. А я, наверное, в его глазах выглядел по меньшей мере людоедом.

— Рад познакомиться, Бо, — я махнул ему открытой ладонью, — что ты тут делаешь так далеко от города?

— Я... — не закончив, он смущенно потупился. Вцепился в палец статуи, словно ища у нее защиты и поддержки.

— Так ты тоже нашел это место, да? — подсказал я.

— Кто бы мог подумать, что всего в нескольких километрах от Приттики прячется целое кладбище статуй!

— Это не статуи! — щеки малыша зарделись, а глаза загорелись. — Это боги!

Меня невольно пробрал мороз — он в точности повторил слова старика. Я понимал, что дети часто придумывают себе приключения, особенно, наслушавшись всяких небылиц от старших, но отчего на душе было так неспокойно? Как будто я и правда мог поверить...