Эрминиды

Наконец, княжна повернулась в его руках, взглянула в лицо и сказала:

– Влад, я хочу, чтобы ты помнил: что бы ни случилось, мы с тобой всегда будем детьми одного отца. И я всегда буду тебя любить, братец, даже несмотря на твой скверный характер. Впрочем, мой не намного лучше.

Ответ князя прозвучал слегка хрипло:

– Ты… меня любишь?

– Конечно, дурачок. – Голубые льдинки её глаз блестели на удивление ласково. – Разве ты не знал?

Влад пристально рассматривал сестру, будто желая лучше запомнить перед расставанием, хотя и без того знал каждую черту так, как если бы её образ был нарисован на внутренней стороне его век.

Вампир приподнял её головку за подбородок, не властно и требовательно, как имел обыкновение, а нежно и бережно. 

– Ты становишься похожа на нашего отца, а не на свою мать. 

«А если так, – закралась вдруг липкая, тёмная мысль, – есть ли смысл в этом дурацком браке? Почему бы не оставить всё как есть?» Но Влад немедленно отогнал от себя малодушные колебания. Отступил на шаг и предложил Мелисенте руку.

– Идём. Гости заждались.

Князь Элизобарра торжественно довёл сестру до возвышения, на котором уже стоял лорд Эрлинг. За вычетом знаменитого шрама Северин выглядел безупречно: Этьен Босетто превзошёл самого себя, колдуя над свадебным костюмом лорда-вампира. Тусклый блеск серебряной рапиры в парадных ножнах, гордая осанка и внимательные тёмные глаза. Слишком внимательные, до пытливости. Невеста остановилась рядом с женихом, глава клана встал перед ними и достал откуда-то тонкий стилет с небольшой летучей мышью на рукояти, хищно блеснувшей рубинами глаз, когда Влад протянул нож Северину.

Однако вместо того, чтобы взять его, лорд Эрлинг повернулся к девушке и осторожно откинул чёрную вуаль, прикрывающую её лицо. Алое кружево, крупные искры граната в волосах и пронзительно-голубые глаза. Они диссонировали, выделялись, дразнили… впрочем, тогда Северин об этом не думал. Он вглядывался в свою невесту, придирчиво выискивая на её лице хотя бы тень сомнения, неуверенности, страха. Возникни у него малейшее подозрение, что Мелисента жалеет о своём выборе, развернулся бы и вышел из зала, пусть даже князь Элизобарра испепелил непокорного мага на месте. Но нет. Одно долгое мгновение княжна смотрела лорду Эрлингу в глаза, а потом улыбнулась. Едва заметно, но, тем не менее, вышло очень ободряюще.

– Проверяешь, кого тебе подсунули? – прервал торжественный момент Влад. Никто, кроме Мелисенты этого не заметил, но глава клана был очень напряжён.