Эрминиды

– Вторая причина состоит в том, что Мортимер всё-таки уже довольно пожилой человек, и я не был уверен, что он успеет остановить Теуса, когда тот бросится на меня.

Во взгляде Северина отразилось непонимание.

– Эта кушетка, – пояснил князь, – на которой отдыхает сам Мортимер. Врагов у него тоже хватает, так что он окружил её защитными рунами. Специальный состав краски делает их незаметными для человеческого глаза, но зрительный спектр у вампира гораздо шире, так что я вижу их прекрасно.

– Так вот почему я не должен был отходить от вас, – догадался Северин и снова покраснел, на этот раз очень густо.

– Ну да, – вампир посмотрел на него с некоторым недоумением. А потом вдруг рассмеялся. – А ты уже решил, что я решил сделать тебя своим телохранителем? Право же, если бы я доверял свою безопасность девятилетним мальчишкам, успевшим выучить целых два заклинания, я давно был бы мёртв.

Северин подавленно молчал, не глядя на своего спутника.

И вздрогнул от неожиданности, когда тот взъерошил ему волосы.

– Ладно, не тушуйся. Этот недостаток легко исправить.

Глава 3. Внешность обманчива

– Господин Хашшем! – хозяин гостиницы всплеснул руками и сделал заговорщицкий вид. Руки невысокого полноватого человечка при этом жили своей жизнью: дёргали за верёвочку, подавая знак служанке на другом конце дома готовить ванну их лучшему клиенту, быстро и сноровисто заваривали травяной сбор… Преданные глаза Клауса при этом не отрывались от мрачного лица посетителя.

Впрочем, господин Хашшем был мрачен почти всякий раз, как хозяин его видел.

– Вами интересовались люди герцога, – громким шёпотом сообщил Клаус. – Я, конечно, сказал, что вас видом не видывал и слыхом о вас не слыхивал, но потом… – тут хозяин ещё сильнее понизил голос, – шнырял тут ещё один, в штатском… но рожа уж больно хитрая. Думаю, уж не бургомистра ли…

Мрачный господин Хашшем только равнодушно пожал плечами.

Ему и в голову никогда не приходило скрывать место своего проживания. Как иначе наёмника находили бы клиенты? Уроки его многомудрого отца, прежде успешно влетавшие в одно ухо и вылетавшие из другого, теперь стали понемногу вспоминаться. Так, например, господин Хашшем, он же Влад Элизобарра, чётко усвоил: не стоит есть там, где спишь, и гадить там, где ешь. В этом городе он спал.