Эрминиды

 

– Вы сняли его! – с восхищением воскликнул парнишка. – Вы сняли моё смертельное проклятье. 

– Вот только кролику всё равно, от чего подыхать, – угрюмо отозвался архимаг.

– Но всё равно это потрясающе! Никаких следов! Никаких! – продолжал непритворные восторги адепт. Буквально сегодня он твёрдо усвоил из своего фолианта, что снять чужое смертельное проклятье невозможно.

– Ну что же, можешь теперь его съесть, – буркнул вампир.

– А как вы это сделали? – полюбопытствовал Эрлинг.

Эйзенхиэль небрежно пихнул в его сторону стопку исписанной бумаги.

 Он всё ещё был мрачен. Мага беспокоило, что он не видит ошибки, которую допустил. Князь потёр глаза ладонью. Он слишком давно не спал и не ел. Внимание начинает рассеиваться.

– Иди к себе, Северин,– тихо сказал он. – Ты мне сегодня больше не понадобишься. 

– А можно, – мальчик смущённо потупился, – можно мне это с собой взять? – он указал на стопку расчётов.

Князь Элизобарра равнодушно пожал плечами. Но всё-таки кивнул.

– Эйзенхиэль? – обернулся мальчик уже с порога.

– М-м-м?

– А почему вы этим занимаетесь? Ведь везде говорится, что невозможно…

– Должен быть способ, – оборвал воспитанника глава клана. И юный лорд вздрогнул от того, как резко прозвучал его голос. – Какой-то способ обязательно должен быть… – повторил князь тоскливо и уже совсем тихо, так что удаляющийся Северин его не услышал. 

***

– Па-а-ап!

Золотоволосая девочка, на этот раз в совершенно чистом и абсолютно целом платье, настойчиво карабкалась по постаменту, на котором покоился гроб.

Эйзенхиэль неохотно разлепил одно веко. Он бы с удовольствием ещё поспал. Ещё денёк-другой.

– Пап, бабочка совсем дохленькая, полечи её!

Вампир сел и помог дочери взобраться наверх. 

– Опять ты от Эльзы сбежала. Сколько раз повторять: я запрещаю тебе ходить по восточному крылу в одиночестве.

– Она противная, – поморщилась девочка. – У неё страшные клыки.

Отец привычно поцеловал светлые кудри, усадил ребёнка на колени.

– Такие же, как у меня.

– Не-е-ет, – запротестовала Мелисента, – у тебя красивые зубки.

А у неё – страшные клыки.

Князь Элизобарра повертел в руках «бабочку». Хмыкнул. Пряжка от ботинка. И шнурок очень знакомый… Иллюзия и правда здорово истощилась, но всё ещё держится… 

– Она такая весёлая сначала была, – доверительно сообщила маленькая княжна, – а потом заболела… Ей в моей комнате не понравилось.

– В твоей комнате? – переспросил вампир и внимательнее присмотрелся к заклинанию. Нахмурился.