Охотник на духов

наигранного недовольства. – Вашему дедушке нужен покой.

- Покой нам только снится... – Раздвигаю сухие губы в подобии улыбки. – Девочка, мне недолго осталось, дай поговорить с детьми, а?

- Что вы... вам нужно отдохнуть... – В голосе врача появляются нервные ноты. Молодая ещё, неопытная, точно... Сколько я их на своём веку повидал...

- Скоро отдохну, милая... – Кашель прерывает слова, и на белоснежном пододеяльнике появляются красные пятна. Ну да, этого следовало ожидать… значит, предчувствие не врёт... оно никогда меня не обманывало, да.

.. Вытираю тыльной стороной ладони губы, и другая рука начинает шарить вокруг, и в неё тут же утыкаются мои очки, поданные внучкой. Умница. – Родители где?

Врач тихонько отходит в сторону.

- Там. И Иринка с Лёшкой тоже... и дядька. И тётя Оля со своими... – Заплаканная мордашка внучки кивает на входную дверь. Ну да... вчера же мой день рождения отмечали: ничего удивительного, что вся семья в сборе. Хотя подарочек я им подарил, конечно... м-да... – Позвать?

- Конечно.

.. – Хочу кивнуть, но понимаю, что на это уйдёт слишком много сил. Поберегусь. Недолго осталось.

- Де-еда...

- Зови их, егоза.

В палате становится людно. Докторица явно не в восторге от происходящего, но перечить главврачу, а по совместительству моему старшему сыну, опасается... или стесняется. Зря, он хороший человек... вот только женился, придурок, на своей работе. Автоматически окинув взглядом мнущуюся у окна врачиху, и неожиданно легко понимаю её смущение. О как...

На глазах у удивлённых детей жестом подзываю её к себе, а когда не менее удивлённая докторица склоняется к моему лицу, чуть не задевая весьма внушительным бюстом, усмехаюсь.

О да, хороша...

- Позаботься об этом оболтусе, пока он окончательно в монахи от медицины не ушёл. – Глаза женщины округляются, она краснеет и чуть ли не отпрыгивает от меня, одновременно устремляя ошеломлённо-испуганный взгляд на начальника.

- Ну, ба-атя-а! – Гудит этот медведь, пунцовея не хуже докторицы. Кха-ха-ха...

- Ты мне.

.. ещё поговори. – С трудом справившись с кашлем, содрогающим тело, отзываюсь я.

Докторша исчезает из палаты, провожаемая взглядами моей младшей дочери и... Маши. Ну да, теперь Василёк точно не выкрутится. Все вызнают, все выпытают... и женят. Хорошо.

- Де-ед, мне страшно. – Оказавшийся рядом младший внук смотрит мне в глаза.

- Всем страшно, Игоряша. Мы, люди, существа тха-кхакие... смерти боимся, неизвестности боимся... Зря. – Сжимаю ладошку мальчишки и улыбаюсь.