Ведьмы

Поначалу, покрайней мере, пока Пепел не отнял руку, глядя куда-то в глубь двора и не подтолкнул ее легонько к подъезду:

- Иди, я догоню через пару минут.

После этих слов Жанна и заметила зловещих в чем-то, странно молчаливых птиц, поежилась и, не споря, скрылась в подъезде. Даже не успела удивиться хозяйской уверенности спутника в том, что его собирались пригласить войти.

А Пепел неторопливым шагом направился вглубь двора, туда, где на ограде клумбы, в какой-то птичьей же позе балансировала темная фигура.

- Кромах.

- Серый Пепел, – голос говорившего был сух, хрипловат и чем-то отдаленно напоминал карканье, что само по себе вряд ли можно было считать удивительным. Кромах повелевал воронами.

- Чем обязан? – по голосу Пепла можно было понять, что к собеседнику он относится как минимум с настороженным уважением, а то и с испугом, что и вовсе удивило бы человека хоть мало-мальски с Сергеем знакомого.

- Визит вежливости. Сообщество давит на меня, твои ведьмочки уже всех порядком достали. Шляются у всех на виду, безобразничают.

Недавно почти в открытую увели несколько младенцев из роддома. А с другой стороны на меня давит СБУ – им для отчетности они бы тоже весьма не помешали.

Пепел слушал молча, собеседник был не из тех, кого принято перебивать.

- Вот я и решил заглянуть, так сказать, на огонек, поинтересоваться, что ты вообще намерен делать? Уйма времени прошла, как ты с ними возишься, ты не считаешь?

Пепел услышал в вопросе Кромаха разрешение говорить:

- Я присматривался. Некоторые из них вполне могут вписаться в сообщество.

Некоторые – нет, слишком привыкли постоянно быть на виду и кичиться способностями. Я решаю кто есть кто.

- Медленно, мать твою в косынку, решаешь, Серый. Медленно! В общем так, сроку тебе еще девять дней, после этого, не обессудь, дам зеленый свет горячим головам. Больше сроку не дам. Больше и меня слушать никто не станет. Девять дней, Серый, девять. Понял?

Пепел молча кивнул. Кромах же подался вперед, сверкнули в свете окон черные радужки, всколыхнулась темная шевелюра, торчащая в разные стороны.

Отвесил пощечину Сергею.

- Я вопрос задал!

- Понял. Девять дней, - на губе Серого прямо на глазах затягивалась ранка, оставленная ударом Кромаха. Глаза он прятал.

- Хорошо. Иди.

Жанна сцену наблюдала из окна. Если, конечно, можно назвать наблюдением смутное угадывание двух расплывчатых в темноте силуэтов. Зябко ежилась, то и дело переводя взор на многочисленных птиц на ветках.

Все случилось так спонтанно, внезапно.