Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #5

Я ведь точно образ скопировал.

— А если хочешь такой фасон носить, — продолжал Иванов с самым серьёзным выражением физиономии, — то в девочку полностью превращайся. Угу, — обескураженный призрак догадавшись, о чём идёт речь, раскрыл изумлённо рот, внимая суровой правде. — И там тоже. Иначе не наш ты, не натурал. Торчат излишки, понимаешь...

— Да пошёл ты! — взревел красный, как рак, Антон с такой силой, что с окрестных кустов и деревьев шумно сорвались птицы и замертво рухнули последние букашки.

Однако напарник не унимался, вовсю веселясь.

— А может, ты так в нерабочее время гуляешь? В особенных местах? Где сладкие мужчинки с коктейлями и ласковыми...

Договорить не получилось. Озверевший от издевательств Швец врезал мощнейший подзатыльник расходившемуся другу, с ненавистью подкрепив рукоприкладство словами:

— Я тебе сейчас морду побью! На кой я с вами связался?! Жалею, не передать...

Сообразив, что зашёл слишком далеко, Сергей примиряюще поднял руки:

— Пошутил я, пошутил.

Но с гардеробом разберись.

— Сам вижу, не слепой, — буркнул призрак и, на мгновение исчезнув, предстал в том же самом образе, но уже в обычной, чёрной юбке до колен.

Она не слишком подходила по стилистике к остальной одежде и наверняка была бы раскритикована любой женщиной с маломальским вкусом, однако Иванов решил, что и так сойдёт. Главное — голова приметная и мордашка смазливая, а юбка — да кто там её в темноте разглядывать будет?

— Теперь как? — пробубнил Антон, втайне опасаясь нарваться на новую порцию злословия.

— Во! — напарник оттопырил большой палец вверх. — Мечта педофила!

Горестно вздохнув, инспектор-девочка развернулся и угрюмо направился вглубь треклятого ботсада, мысленно сетуя на коленца судьбы и друга-придурка.

А тот, не удержавшись, тайком извлёк смартфон и из озорства принялся снимать видео бредущей в ночь нимфетки со спины, рассчитывая при случае потом показать другу. Вместе посмеются.

Глава 2 Попытка №5. Часть вторая

Выбравшись на тротуар, Иванов принялся неторопливо прогуливаться вдоль «сотки», вслушиваясь в обычные для городской улицы звуки и ожидая знака от Швеца.

Прошёлся в одну сторону, потом обратно, без стеснения рассматривая выползших «к станку» проституток. Потасканные, морщинистые, покрытые огромным количеством дешёвой, слоящейся косметики, крикливо наряженные, хмурые. Ни тебе женских переругиваний, ни задушевной болтовни в ожидании клиента.