Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #5

Одет в твоём стиле — обтянутый, будто футбольный мяч кожей. Да сама посмотри!

Смартфон перекочевал с подоконника, где он обычно валялся рядом с пепельницей, в руку. Пальцы забегали по экрану, отыскивая нужную вкладку. Заработал видеопроигрыватель.

Перед Машей предстала плохо видимая из-за вечерних сумерек фигура уходящей девушки.

— Запусти ролик по новой! — потребовала домовая, пристально уставившись на дисплей.

Иванов повторно включил запись, не задавая лишних вопросов и принялся молча ждать, пока кицунэ соизволит снизойти до пояснений.

После третьего просмотра ему авторитетно заявили:

— Дурью вы занимаетесь! Разве ж так девушка ходит? Эта, в которую Антон превратился, должна идти плавно, от бедра. Плыть, радовать глаз, — соскочив с табурета, Маша грациозно прошлась по кухне, виляя бёдрами. — Примерно так. А твой друг что?

— Что? — глупо переспросил инспектор.

— Топает себе, будто из пивной идёт. Переваливается, по-вашему, по-мужски. Да к такой личности разве что пьяный подойдёт. Он, извини, больше похож на.

.. — тут обычно следящая за своим словарным запасом домовая употребила непечатное словцо, обозначающее в народе склонных к переодеванию в женщин и нетрадиционным любовным утехам представителей сильного пола. — Только ты ему не говори, — спохватилась она, закрывая рот ладошкой.

— Ясное дело, — согласился с просьбой Иванов, в очередной раз запуская снятые ради прикола кадры. — А ведь верно... Я и не подумал. Только пошутил на эту тему. Знаешь, как он обиделся?

Всласть надефилировавшись, девушка забралась обратно на табурет.

— Догадываюсь. Тоша нормальный парень, без неприличных склонностей. Ему юбки не идут. И прекрасно понимаю, почему ты не заметил такую вопиющую ошибку. Вы же каждый день видитесь. Привык... Для тебя он в любом виде Антон. — домовая на секунду замялась. — А хочешь, я помогу?

Кончик хвоста кицунэ дрожал от возбуждения. По всему выходило, её озарила некая гениальная мысль, просто обязанная быть принятой к исполнению. Ну и поторговаться Машка решила, не без того.

— Не пущу, — тоном, не допускающим возражений, заявил Иванов, строго посматривая на сияющую от возбуждения домохранительницу. — У психа нож может оказаться. Резанёт по горлу — и привет! Ты же не лешачиха, в деревьях колдануть не сможешь.

— Больно надо, — гордо задрала носик девушка, ужасно довольная, что её план остался неразгаданным. — Тоньше надо быть. Тоньше.

Повеяло хвастовством напарника. Он примерно так же начинал себя вести, когда имел, что сказать.