Про Иванова, Швеца и прикладную бесологию #5

Да и то не всегда. Потому и прошу вас добить. Надоело.

Сердобольная Машка всхлипнула, однако быстро взяла себя в руки и постаралась скопировать у Иванова манеру держаться — безэмоциально, будто каждый день похожие просьбы слышит.

— О нас откуда узнал? — Швец и не подумал сочувствовать мужчине.

— Фотографии ваши видел. Я же говорил...

— Он не слышал, — кивнул призрак в сторону напарника, и Сергей сообразил, что повтор чужого монолога запланирован для него. Вспомнил и про купленное пиво.

Извлёк из кармана бутылку, протянул другу.

— Держи.

— Ух ты! Это мне? Спасибище! — радостно возопил тот, отработанным движением сбил пробку с горлышка о выступающий кирпич и одним махом ополовинил содержимое. — Вах... хорошо...

Стас провожал каждый инспекторский глоток с завистью, нервно дёргая кадыком в такт бульканью.

— Давайте хотя бы к углу отойдём, — посматривая вверх, попросила домовая. — Вон, люди на нас пялятся. Скандала только не хватало... Примут за воров или бандитов.

Действительно, с одного из верхних этажей вниз пристально посматривала женщина.

До угла голый мужчина дошёл без проблем, следом переместились и инспекторы с кицунэ. И тут, почти на то самое место, где они совсем недавно стояли, шлёпнулось что-то вязкое, брызнув во все стороны.

— Из восемьдесят восьмой квартиры, — не поворачиваясь, пояснил Стас. — Детишки развлекаются. В отцовский презерватив наливают воду, немного зелёнки, и пуляют сверху.

Разозлившейся домовой тут же захотелось прогуляться в эту восемьдесят восьмую квартиру и как следует надрать уши её обитателям. Зелёнка же не отстирывается!

— Раньше сказать не мог?!

— Забыл, — беспечно признал мужчина и, дабы загладить некомфортную ситуацию, перешёл к вопросу Антона. — У нас в доме однушка есть. Посуточно сдаётся. Я иногда захожу туда, посмотреть на любовников.

— Нормально, — избавил Стаса от необходимости давать пояснения Сергей. — Валяй дальше.

— Да нечего особо рассказывать. Около года назад там мужик жил несколько дней, так у него и имелись ваши фотографии. Ваша, — он указал на Иванова, — хорошая, с пяти шагов сделанная на улице. А ваша, Антон — плохая. Издалека. Еле вас узнал, когда увидел в реале.

По спине Сергея пробежал холодок.