Жнец. Возрождение

– Вета, Яр, он помог нам!

Услышав голоса друзей, Ёлька выбралась через всё то же злополучное окно. Следом за ней из оконного проема вывалился виновник всего произошедшего. Денис с тоской посмотрел на заходящее солнце. Теперь разноса явно не избежать.

– Что у вас тут? – теперь заговорил тот самый Яр.

– Яр, это Норлах! Он вылез внезап... – затараторил было Ратор, но тут же получил болезненный толчок локтем в солнечное сплетение от Ёльки. Закашлялся, согнулся и не смог закончить свою мысль.

– Волк, представляешь? – и глазом не моргнув, соврала девушка.

Денис усмехнулся такому откровенному вранью, но промолчал. Лучше больше молчать, меньше слушать и видеть и скорее отправиться домой. А уж дома Великий Поисковик поможет ему найти ответы на все вопросы.

– Волк, говоришь? – Яр нахмурился и с тревогой посмотрел на спутницу. Казалось, что они обмениваются мыслями.

– Да, набросился. А мы его, как лайки медведя погоняли, – продолжала своё сочинительство Ёлька.

– Угу, огромный серый волк, – не выдержал Денис и попытался пройти напролом, толкнув Яра плечом.

На удивление парень даже не сдвинулся с места. Более того, он даже не шелохнулся. Как стоял недвижимой скалой, так и остался.

На поляне перед складом повисло напряженное молчание. Денису не нравилось, что его мало того, что за дурака держат, так еще и домой не пропускают. Что не нравилось дружной компании, Денис не знал, и знать сейчас не хотел. Перспектива получить выволочку от Риты и выговор от родителей напрягала парня намного сильнее.

В данный момент, конечно же.

– Мы проводим, – первой нарушила молчание "царевна". – Поздно уже, вдруг дорогу не найдешь.

Денис не стал спорить. Махнул рукой, пробормотал что-то наподобие "Делайте, что хотите" и, ссутулившись, двинулся вперед. Вета последовала за ним. Неподвижный Яр остался с горе-вызывателями духов.

Глава 3. Кройка и шитьё

Решительные шаги вспороли вечернюю тишину библиотеки. Пыль, витающая в воздухе, всколыхнулась и расступилась перед идущим. Высокий седовласый мужчина чувствовал себя весьма неуютно под этими величественными сводами.

В памяти всплывали отголоски прошлых событий, в воздухе тянуло гарью и копотью. В какой-то момент ему показалось, что он слышит треск горящей бумаги. Прогретый за день воздух, казалось, протискивался в грудь и застывал там тяжелым комом. Все вокруг кричало о нежеланности этого гостя.

– Зачем пожаловал? – неприветливый голос библиотекаря развеял мороки, витающие в воздухе.