Законодержец. Преступление без смысла

— Впрочем, раз ты здесь, то всё в порядке.

Над ними вдруг что-то пролетело:

— Ваш кофе, господин Азарин.

Глеб онемел от страха.

«Что-то» было летучей мышью, но огромной, с горящими глазами. В лапах оно держало пластиковый стакан. Потом мышь исчезла, а стакан повис в воздухе; Дирижёр взял его, оглядел зал и посмотрел на открывшего рот Глеба:

— Добро пожаловать в место, которого нет.

***

Их было четверо.

За письменным столом сидел Дирижёр — он-то и привёз Глеба сюда, в кабинет с книжным шкафом, кожаными креслами и забранными деревянными панелями стенами.

В коридоре и лифте Дирижёр молчал, да и сейчас разговорчивым не казался — движений никаких, лицо словно восковая маска.

Вторым был лысый бородач, вкативший Глеба в лифт: гигант сидел в кресле, непонятно как выдержавшем его вес, и... сосал леденец. В другой день Глеб счёл бы это забавным.

Третьим был мужчина интеллигентного вида — худой, с залысинами и в очках (в кино такими изображают учёных). Очкарик и здоровяк сидели рядом и смотрелись карикатурно.

Ну а четвёртой была Дея — Глеб сразу узнал её, хотя выглядела она не как раньше: форма вместо костюма, волосы не сиреневые, а тёмно-каштановые, и не стоят торчком, а аккуратно уложены. Серёжка из ноздри исчезла — остался чуть заметный прокол. Сидя у окна, Дея листала журнал, которым и махнула Глебу в знак приветствия.

— Позволь представиться, — сказал Дирижёр. — Ратислав Даниилович Азарин, директор службы законодержцев... Впрочем, пока тебе это ни о чём не скажет. Михаил Аскольдович Монгелов..

.

— Лучше просто Монгол, — лысый покосился на Азарина. — Но при шефе я Михаил Аскольдович, а то от прозвищ у него язва обостряется...

— И возникает желание лишить кого-нибудь премиальных.

Монгол, он же Михаил Аскольдович, примирительно поднял руки, но при этом подмигнул Глебу.

— Вадим Сергеевич Горский, — продолжил Азарин.

Мужчина в очках кивнул:

— Гармонии и благоденствия!

— Ну а с Деей ты, полагаю, уже знаком.

— Приветик! — девушка оторвалась от журнала. — Что-то ты бледненький... Как город — понравился?

— Где мы? — спросил Глеб.

— Кто вы такие? И то существо, похожее на летучую мышь... что это было?

Монгол усмехнулся:

— А держится он молодцом — наш человек!

Оставшаяся от леденца деревянная палочка вдруг вспыхнула прямо в пальцах Монгола. Мгновение — и от неё ничего не осталось. Причём пепел не осыпался, а полетел к урне... и лишь над ней стал осыпаться, будто боясь запачкать ковёр.

— А по-человечески выбросить не мог? — спросил Вадим Сергеевич.