Законодержец. Преступление без смысла

Глеба кольнуло чувство вины: другой сладил бы с монстром без разрушений, а не взрывал трубы... Хорошо ещё, что воду перекрыли — иначе затопило бы дом.

Но Наталья Марковна не злилась и даже обняла его, едва он въехал в кладовую:

— Спасибо, что спас Артёма!..

— Так ведь всё было из-за меня... — пролепетал Глеб. — Бальд пришёл ко мне, а за ним явился и волколак...

Наталья Марковна прижала палец к его губам:

— А вот этого я чтобы больше не слышала. Во-первых, я сама поселила тебя здесь и отказываться от своего решения не собираюсь; во-вторых, если сюда явится ещё какая-нибудь нечисть, я лично вышвырну её шваброй!

— А я помогу ей, — сообщила Ангелия Бориславовна.

Командуя уборкой, она ворчала: — Почему крем не соскребли, и хлеб лежит: кто тут убирался?! Стихии-вертуньи, и откуда ж у вас руки растут?!.. Вот призову огонь и поджарю вас, где не следует!..

Баюна все приняли без вопросов и даже обрадовались, что у Глеба теперь есть фамильяр. Только вот Глеб из-за договора был не очень-то рад...

Осматриваясь, дух поспешил за ним к подъёмнику:

— Ты тут живёшь? Хорошее место — мне здесь нравится!

Он запрыгнул на платформу.

Глеб потянул рычаг, и подъёмный механизм загудел.

— А мыши тут есть? — спросил Баюн. — А можно громко мяукать? А сколько здесь жильцов? Они любят поэзию?

Глеб упорно молчал. Подъёмник со скрипом остановился.

— А вы держите кошек? Эй, осторожней — ты мне чуть хвост не придавил!.. Это твоя комната? Ух ты, светло — хотя убраться бы не мешало... Ещё чья-то кровать: вас тут двое? А где второй?

— Да замолчи ты уже!.

. — простонал Глеб.

«Второй» убежал рыбачить с соседскими мальчишками: на пристани звучали их голоса. Подъехав к его парте (у Артёма она была складной), Глеб положил туда пакет и аккуратно его порвал. Брезгливо морщась, вынул ткань, и тут Баюн продекламировал:

Хорошо, что море рядом,

И купаться можно в нём;

Отравлю я тёщу ядом,

Спрячу труп на дне морском.

— Не мешай!.. — процедил Глеб.

Баюн прыгнул на подоконник:

— Тебе не кажется, что пора нам познакомиться поближе?

— Не кажется!

Вообще-то Глебу так казалось, но он этого не признавал: шестьдесят тысяч стихов, которые предстоит слушать полвека, отбивают охоту к близкой дружбе.

— То есть тебе не интересно, кем я могу быть, кроме кота? — спросил дух и стал вороном.

Глеб был впечатлён, но виду не подал. Глаза духа мигнули красным:

— В качестве жеста доброй воли я даже не стану читать стихов.

— Правда? — оживился Глеб.

— Целых два дня.

— Ну спасибо...