Тайник 21

-Как это – почему? Потому что они могут вернуться!

-Саш, ты не понимаешь…

-Это ты не понимаешь! Думаешь, если даже тебе удалось справиться с одной из таких штуковин, они не смогут? Думаешь, они оставят нас? Ну сделают штрафной круг, но обязательно вернуться, сюда же, так быстро, как сумеют! Хочешь подождать? Ты этого хочешь? Спрашиваешь, кто они? Никто, Дэн, они…как Лавкрафтовские шогготы20 - без лица, без сознания… И то и другое они крадут у нас самих…

Небо заалело. Мы еле плетемся. Не могу определить – преследуют ли нас, прячась в зарослях, повторяя наш путь след в след, или мы удираем от эха, заблудившегося в лесу, и собственного страха.

Когда под ногами появляется песок, я думаю, что мне это мерещится от избытка утреннего света. Только почувствовав крупинки, вонзившиеся в щеку, убеждаюсь, что он на самом деле, и тут же проваливаюсь в тяжелый муторный сон, ускользнув, наконец, от тех, что за нами идут.

-Там кто-то есть! – Сашка шепчет, толкает локтем в бок. У меня перед глазами все плывет, - мы пришли.

Надо подобраться поближе, - ползком пересекает залитый солнцем треугольник и останавливается за кустом шиповника.

Как деревянный, я поднимаюсь и, стоило только встать на ноги, падаю обратно, в надежде, что Привратник не успел меня заметить. Взгляд цепляется к кусочку бирюзовой глади, проглядывающему сквозь ветки. На берегу залива дорога заканчивается. Пришли.

-Если это - привратник, тогда я – папа Римский.

-Это еще ни о чем не говорит, то, как он выглядит.

-Ладно, пошли посмотрим!

Отряхнувшись, Сашка выходит на берег. Форт-пост подозрительно напоминает разросшийся дуб, в стволе которого устроена пара узких зарешеченных окон, а на развилке ветвей уютно расположилась небольшая пушка. Дуло направлено мимо нас в сторону перешейка и открытого моря за ним, словно оттуда со дня на день ожидается прибытие вражеской армады.

Солнце палит. Я снимаю кроссовки и зарываюсь ногой в теплый песок. Вдоль воды тянется узор из разноцветных камешков гальки.

Наверное, неплохое средство от скуки. Жутко тянет искупаться, поэтому меня с каждым шагом немного заносит ближе к волнам, а со следующим я волевым усилием возвращаюсь на свой фарватер, к Сашкиной спине.

Мы еще не дошли до пристани, где чуть покачивается одинокая лодка, только ей и удалось бы протиснуться в эту бухту, когда Привратник неожиданно подскочил над своим завтраком, выронив в траву кусок масла, и спрятался за бочкой возле дерева.