Reborn

Госпожа Фелерсен, что вы делаете?

— Уйди с дороги, Авдис, я с ребенком сваливаю отсюда. С вами мы точно не выживем.

— Пожалуйста, госпожа Фелерсен! Вы сейчас не в себе. Только вы выйдете за дверь одни, вас сейчас же поймают и далее ваша жизнь уже не будет прежней.

Зои задохнулась от ярости.

— По-твоему, у меня сейчас прежняя жизнь, ублюдок? Ты убил моего мужа, говоришь, что у нас почти нет шансов, а после лезешь с лицемерными обещаниями и извинениями? Почему бы тебе не пойти и не убиться самому! — она бросилась на Авдиса с кулаками.

В комнату вбежали другие члены группы и стали их разнимать. Медик группы Исида Ирвинг, отвела Авдиса подальше.

— Авдис, я успокою ее, просто пока постарайся держаться от нее подальше, ей нужно время.

Авдис угрюмо кивнул и перевел взгляд на экран, где до сих пор показывали главную сцену Уэлл-парка.

— Жани, ты только вдумайся, у нас беглецы с Императором! Вот это вау. Такое вообще когда-нибудь бывало?

— Кажется, я о чем-то таком слышала, это было сразу после Великого Кризиса, нет?

— А мне нравится такая движуха, — внезапно подал голос Маркод с поляны Уэлл-парка.

— Пускай заставят этих надменных псов из Праймсоны хорошенько побегать.

Из толпы около молодых людей внезапно вынырнули несколько непримечательных фигур и, скрутив руки Маркоду, увели его согнутого пополам, быстро затерявшись в человеческом море. Под возмущенные возгласы Зурдана еще несколько также возникли из ниоткуда, изображение дернулось, потом исчезло, и наступила тишина.

— Маркод? Зурдан? Вы пропали.

Вы нас слышите? Зурдан? Дорогие зрители, кажется, произошла какая-то... техническая проблема, и мы постараемся в ней разобраться, а пока напоминаем, что вы смотрите шоу "Края Империи" с его бессменными ведущими Жани Сандориум и Маре Дузо.

Из рук вон

Нинель Кларг сидела за своим столом, обхватив голову руками. Чем дольше длился доклад советника по экономике Севастена Банарда тем больше пульсировала ее голова — чертова мигрень вкупе с гормональными всплесками и регулярными судорогами в ноге угрожали новым нервным срывом.

Она была на восьмом месяце беременности и все никак не могла передать дела Малому совету на время родов из-за постоянных громких событий в Империи. Год с самого начала должен был стать трудным, но одно дело это понимать, и совсем другое — прочувствовать на собственной шкуре всю тяжесть. Необходимо было побыстрее закончить это совещание, не следовало устраивать еще одну неприглядную сцену на глазах своих подданных.