Бумажный тигр (II. - "Форма")

Если бы ты сохранил ему жизнь, я отпустил бы тебя. Позволил убраться обратно в море.

Переулок не был тупиком, однако человеческий силуэт, который Лэйд отчетливо видел на фоне ночного неба, не пытался скрыться. Напротив, неподвижно стоял, будто выжидая. А когда наконец шевельнулся, встревоженный звуком его голоса, движение это выглядело неестественно мягким, точно тело под плотной тканью его плаща состояло не из плоти и крови, а из одной лишь воды. Лэйд знал, до чего обманчива может быть эта мягкость.

- Значит, старина Танивхе позволяет своему отродью выбираться на охоту в безлунные ночи? Весьма опрометчиво с его стороны.

Я-то думал, мы достигли взаимопонимания.

Фигура шевельнулась. Вновь – необычайно мягко. Застигнутая врасплох, она отступила от своей жертвы едва ли на двадцать футов и теперь молча наблюдала за тем, как Лэйд приближается к ней, оставив позади содрогающегося в агонии человека, раздувшегося настолько, что можно было услышать тихий треск швов в его костюме. Сам Лэйд больше на него не смотрел – не было нужды.

Во-первых, тот уже мертв. Через неполную минуту его глаза вытекут из лопнувших от давления глазниц, а распухший язык, перекрыв горло, высунется изо рта. Во-вторых, Лэйд не собирался повторять чужой ошибки. Он с первого взгляда распознал на вздувшейся коже извилистые фиолетовые следы ожога, похожие на несколько наложившихся друг на друга молний.

- За последнюю неделю в порту пропало трое. Ты мог бы уцелеть, если бы ограничился ими. Но тебя потянуло дальше, верно? В Клиф. Должно быть, городские улицы кажутся тебе коралловым лабиринтом, в котором ты привык охотится.

А ветра, которые в них дуют, теплыми течениями. Не знаю. Мне плевать. В холодных чертогах твоего отца своя жизнь, до которой мне нет дела. Но тебя – тебя мне придется убить. Не потому, что я испытываю к тебе неприязнь. Просто жителям моря время от времени надо напоминать о том, что на берегу их ждет Тигр.

Фигура шевельнулась ему навстречу. Плащ беззвучно соскользнул с нее, точно сброшенная кожа, и Лэйд удовлетворенно кивнул, увидев, что она скрывала.

- Так и думал. Сперва я думал, будто на острове начала хозяйничать одна из акулоподобных тварей, отрастившая себе пару человеческих ног. Но акулы – слишком жадные и тупые хищники, их жатва обильна, но никогда не длится долго. А ты… Ты был на редкость осторожен. Появлялся только по ночам и никогда не удалялся далее, чем на полмили от берега. Двигался бесшумно. Не показывался в освещенных местах. Очень предусмотрительно.