Бумажный тигр (II. - "Форма")

Может, оно еще будет помнить это имя, даже когда растянется на мостовой, истекая зловонным ихором от сидящих в нем пуль, как знать? Может, это имя вообще будет единственным из всего, что у него осталось от той, прошлой жизни?..

Уилл отвернулся, сделав вид, что пристально рассматривает вывески на другой стороне улицы.

Упрям и самоуверен, мысленно вздохнул Лэйд. Прямо как я в его годы.

- Уилл… - негромко позвал он, - Наша экскурсия продлится три дня. Но помните, что вы в любой момент можете остановить ее и потребовать билет.

Билет, который ваш по праву. Убраться подобру-поздорову из Эдемского Сада и сохранить об этом приключении жуткие, но вполне человеческие воспоминания.

Билет в самом деле был при нем. Лэйд убрал его в портмоне, которое лежало во внутреннем кармане его пиджака, однако постоянно ощущал этот невесомый листок, как, должно быть, старые ветераны ощущают стальной осколок, засевший под кожей.

Когда-нибудь он будет держать в руках такой же. Но на нем будет имя не Уилла.

И не Лэйда Лайвстоуна. Его настоящее имя, которое он старался даже не вспоминать лишний раз, кутал в обрывках памяти, как нищий кутает в тряпье чудом сохранившуюся у него золотую монету.

- Спасибо, мистер Лайвстоун, но ему лучше пока оставаться у вас.

Лэйд усмехнулся. Как привык усмехаться покупателям, открывшим в его лавке кредит, но не спешащим вносить в его счет деньги.

- Что ж, воля ваша. Помните, сейчас мы лишь миновали Лимб, первый круг ада.

- Я готов, - Уилл с готовностью кивнул, тряхнув волосами, - Буду следовать за вами, мой Вергилий.

- В таком случае, вас ждет первое испытание за сегодняшний день. Как известно, второй круг Ада отдан под обитание жертв похоти. Так что, думаю, вы догадываетесь, куда мы с вами направим стопы.

- В Шипси, - почти без колебаний произнес Уилл.

- Ну разумеется. В Шипси.

***

Шипси встретил их радостно и, в то же время, небрежно, как встречают приятных, но не очень близких друзей. В этом не было ничего досадного или обидного.

Насколько было известно Лэйду, в подобной же манере он встречал всех своих визитеров, вне зависимости от их положения в обществе, внешнего вида и достатка.

Беспутных школяров, пристально изучивших всю подшивку «Жемчужины[17]» и теперь ищущих приключений себе по карману. Почтенных джентльменов с шелковыми цилиндрами, страдающих отдышкой, разглядывающих со знанием дела обильный ассортимент обнаженных женских ножек.