Проклятый демон

Тим никак не мог унять свой интерес в отношении книги по демонологии. В отличие от множества тех, что он встречал ранее, этот гримуар, как он подозревал, отличалась более широким списком демонов и перечнем практик. Вот и сейчас Индигна спрашивала Тима об Аримане, про которого ныне мало кто из чернокнижников знает. Хотя у демона были предположения, кто мог быть автором колдовской книги, но послушница о гримуаре не распространялась.

  - О, Ариман правда демон? А я думала это порода цапель. Тут про него мало что написано, так что рассказывай.

Я приказываю, Гронгарт.

- А что рассказывать? Я с ним не встречался, знаешь ли. Вот лучше спроси о нем у...

Тут демон осекся и лукаво покосился на девушку.

- А спроси ты о Аримане у Хозяина Ночных Кошмаров.

- Что? - послушница перевела взгляд на Тима, - Люминал еще действует? Причем здесь сказочный персонаж?

- Он не совсем сказочный, - на лице демона появилась широкая улыбка, - Он демон. Сильнее меня, но до Аримана или Хоронзона не дотягивает.

Ни то, ни сё, в общем. Но он знает многое про всех демонов.

- Может ты еще в Буку из-под кровати веришь? Он может тоже демон?

На этом их разговор закончился, когда карета подкатила к гостинице. Тим тут же принялся клянчить и выпрашивать у Индигны несколько цехинов. Но она сказала, что сама закажет и номера, и еду. По своему усмотрению. Демон, нацепив на плечи рюкзак, успевший потяжелеть в Тарионисе, поплелся вслед за послушницей.

Жареная курица, приготовленная по самым лучшим традициям севера альдейской кухни, была подана к столу вместе с двумя бутылками шипучей воды.

Марикийка придвинула к себе курицу и, сняв прожаренную корочку, начала кромсать грудку. Демон, как бы невзначай, перетащил корочку на свою пустую тарелку и принялся ее уплетать. Через пару секунд он схватился за бутылку шипучей фруктовой воды.

- Особенность филонийской кухни, - послушница вытерла губы салфеткой, - В большом количестве острых приправ, которые местные добавляют в любое блюдо.

Она подозвала подавальщика и велела принести еще две бутылки шипучей воды. Тим наконец оторвался от бутылки и судорожно вдохнул.

- В овсяную кашу они тоже острые приправы кладут?

Вытерев рукавом выступившие слезы он потянулся вилкой за кусочком грудки. Но марикийка, с легкой усмешкой, приказала тому не прикасаться к курице, пока она не поест. И тому оставалось лишь с завистью наблюдать, как девушка ест белое мясо.