Ваш ход, принцесса

И, возвышаясь над садами, ввысь неба вознеслись причудливые башни, которые своей архитектурой и высотой могли поразить любого, венчали бирюзовые купола золотые шпили, блестевшие на солнце и от этого сами напоминавшие чистый солнечный свет.

Хради открыл глаза. Голос исчез, снаружи не раздавалось не звука. Эльф лежал на полу клетки пытаясь понять, что это были за ведения и не навеяны ли они были тем, чем его пичкал Зелвьер. Но это предположение было задвинуто в тень, когда в голове у альва появилась одна мысль от которой ему стало страшно.

«Ты же читал его книги, этого психиатра. Ты же помнишь про его «глубинную психологию». Да, всё что ты видел произошло не с тобой. Но оно реально. Всё реально.» - насмехался над Хради внутренний голос. Эльф свернулся в комочек, закрыв голову руками. Он родился, хотя это слово не совсем приемлемо к маленькому народцу, тут, в Эренее. Архвальдские леса были ему домом и другие зелёные массивы он, если и видел, то только на фотографиях. Он до последнего не хотел в это верить. Он не знал и хотел никогда не знать, что это были за фантастические сады. Но он возвращался к тем видениям, пытаясь понять откуда они пришли. Им овладевало, каждый раз, когда у нему возвращались образы чудных растений, необъяснимое чувство двойственности. Словно он пребывал сразу в двух местах одновременно. Здесь - в тёмном шкафу, запертый в клетке и там — в необычайном месте, под ярким солнцем в благоуханном саду.

- Йин, - произнёс эльф, сам не понимая, что значит это слово.

***

Майер. Доктор Юрген Майер.

До этого Коллинз слышала об этом учёном. И хотя у неё на родине труды детей Миля не зависимо от их значимости не распространялись и в некоторых случаях подвергались необоснованной критике, туат имела возможность ознакомиться со статьями доктора Майера. Причём эти статьи были даны в виде выдержек, в статье их учёного, которой критиковал работы этого «профана от психиатрии». Мейв сама мало понимала в тех штуках, которые происходят в головах, а подробно ознакомиться с трудами этого учёного она не смогла, так как его книги были занесены в список запрещённых. Так что все знания о работах Юргена Майера, неофициально названного отцом физиологической психологии, сводились только к той статье в медицинском журнале.

Когда Мейв отправлялась в Трундхейм она даже не думала, что может встретиться с Майером. Тем более никакого восторга или благоговения перед образом этого учёного она не испытывала. Просто врач, копается в мозгах пинцетом. Ничего интересного.