Пламенеющий холм

Я рванула туда, даже не стараясь замедлить шаг.

Предположим, Надеждин просто купил сразу два гаража и снёс перегородку. Нет, не предположим! Он совершенно точно купил два гаража, а я не полезу туда без мощного фонаря, потому что на меня что-нибудь рухнет.

При моём появлении дракончик, успевший по-кошачьи свернуться на стуле и задремать, поднял голову и издал звук, похожий не то на тихое мяу, не то на японское слово nani — что.

— Мне бы тоже хотелось знать, что тут творится, — сообщила я то ли ему, то ли себе.

Сначала я пыталась вести список странностей. Во-первых, дальняя стенка гаража всё-таки существовала: я выяснила это, когда купила дополнительные световые панели и закрепила их под потолком. Но фигня, творившаяся с пространством, меньшей фигнёй не стала: гараж был больше положенного в три раза. Перепланировка исключалась: А-12 принадлежал мужику лет пятидесяти по имени Сергей, мы познакомились, когда я наводила порядок и выметала пыль. Я не удержалась и попросилась заглянуть к нему.

Его гараж был нормального размера. Куда влезало всё добро покойного Надеждина, оставалось только гадать, и догадки лежали в области научной и ненаучной фантастики, то бишь пятого измерения и параллельных миров.

Во-вторых, при встрече на входе в комплекс Сергей меня не узнал. Когда я в третий раз повторила, что мы соседи, он кивнул с видом человека, которому неловко признавать свою плохую память, но он всё равно не понимает, что ему пытаются втолковать.

Проведя пару экспериментов, я поняла, что сосед помнит меня, пока я вожусь возле гаража, но напрочь забывает, стоит нам потерять друг друга из виду. И вот тут стало страшно.

Кстати, Александр Иванович при встрече в университетских коридорах ни словом не упомянул о нашей поездке в гараж, и ради сохранности собственной психики я предпочла его не расспрашивать.

В-третьих, я смогла запустить допотопный ноут Надеждина, найденный в одном из ящиков стола.

Никакой личной информации хозяин на нём не держал, только схемы, чертежи, эскизы украшений и деловую переписку. Ему заказывали кулоны, кольца, ожерелья, мечи и кинжалы. Ничего удивительного: любителей Средневековья хватало, а уж насколько в век штамповки ценится сделанное руками, знают все. Правда, поначалу я думала, что мелькающие в письмах словечки вроде «Меч, помнящий руку хозяина» или «Медальон, отвечающий на зов» — просто красивые названия.