Одиночество и ворон

- Но он одержимый человек. И преданный. И отважный. Я не думаю, что с ним хорошо общаться много в реальной жизни. Но он из тех, кого бы я взяла с собой в разведку. Я слышала, что с ним случилась беда. Очень жаль. По настоящему.

- Да, мне тоже. Не в веселом направлении пошел наш разговор. Олег ведь был здесь год назад, незадолго до болезни.

- Да, я тогда с ним и познакомилась. Он, вообще-то, необщительный очень. Бродил целыми днями по лесу с фотоаппаратом. А я, как раз, показала ему все, что мне здесь нравится.

- То есть, у него особых друзей в Светлояре не было?

- Насколько я знаю, нет.

- Как и везде, - махнул рукой Егор, как бы закрывая тему. Больше об Олеге сегодня упоминать не стоило.

Они брели через лес по плохо утоптанной дорожке, тратя на борьбу со снегом достаточно много сил.

- Это снегоходы раскатали, по их следами прошли лыжники. Ну а дальше уже те, кто просто любит гулять по лесу. Но после первого же сильного снегопада все придется начинать заново, - объяснила Айрис.

Первой достопримечательностью оказался просторный аккуратно сделанный балаган. Он не был заброшен, и, скорее всего, использовался регулярно. Мрачный колорит придавали ему деревянные фигуры грубо вырезанные их деревьев вокруг. Примитивность изображения и недоброе выражение деревянных лиц наводили легкую жуть, даже обернутая вокруг одного из идолов мишура не смягчала ощущение. Но по настоящему страшно вовсе не было, ясно было, что хозяева балагана просто дурачились.

Да и опрятное уютная внутренность помещения говорила о них, как о людях милых и здравомыслящих. Внутри была печка, двухъярусные нары и стол, сделанный из громадного старого пня.

- Ничего, что мы без разрешения? - спросила Алена.

Айрис вынула из кармана пригоршню шоколадных конфет и положила на стол.

- Не знаю, но думаю подобные строения на законы о неприкосновенности частной собственности не претендуют. Хотя бы потому, что они не собственность совсем. Но я обычно оставляю маленькие извинения за вторжение.

Думаю, хозяева остаются не в обиде.

Больше смотреть тут было нечего. Все вышли наружу, только Алена слегка задержалась у небольшого круглого зеркальца, проволокой прикрученного к столбу. Задержка была минимальной, она просто хотела поправить шапку, почти автоматизированное движение, непроизвольное желание, возникающее при виде зеркал, вне зависимости от того, насколько это действительно нужно в данный момент.