Одиночество и ворон

Егор после этого куда-то исчез, никого не предупредив. Но Алена была этому даже рада. Нельзя сказать, что разговор с Гердой очень сильно повлиял на нее, последние события несколько ослабили ее переживания по поводу своих отношений с Егором. Слишком сильным и реальным был муторный липкий страх, почти полностью отвлекший ее от лирической стороны жизни. Но все же информация о двух девушках, погибшей и пропавшей, никак не выходили из головы. И, возможно, правда, что внимание известного художника было не таким уж благословением, как казалось.

Хотя Алена слабо себе представляла, как смогла бы добровольно отказаться от этих отношений.

Но сейчас было еще что-то, вошедшее между ней и Егором. Его брат, каким-то невероятны способом говорящий с ней из комы, мрачный и необщительный человек, очарованный сумрачной и холодной стороной жизни, мужчина, влюбленный в смерть, странный фотограф Олег Астахов, превращенный в ворона в ночных глубинах зимнего леса, завладел ее воображением. И казалось, что на его фоне идеальный любовник Егор побледнел и стал чем-то будничным и неброским.

Он простился с ней у Аниного дома, разительно отличающегося от прочих домов поселка, не только дорогих, но и необычных. Забор покосился, калитка висела на одной петле, участок зарос деревьями и кустами, за которыми явно никто не ухаживал. Егор еще раз неодобрительно посмотрел на нее, понимая, что больше напрашиваться в сопровождающие бесполезно, и побрел обратно.

Алена зашла в дом.

Внутри оказалось также запущенно и не прибрано, как и на улице.

Но жарко натопленная печка и обилие различных забавных безделушек создавали все же своеобразный уют. На большом столе лежала горка маленьких сушеных грибов с длинными ножками. Увешанная бесчисленными бусами и амулетами хозяйка самодовольно кивнула ей.

Аня выглядела нелепо и вычурно. Алена понимала, что сейчас придется выслушать приличное количество эзотерической белиберды про «дух грибов» или что-то в этом роде. Ей стало немного тоскливо, Аня слабо напоминала человека, связанного с реальной чертовщиной, тратить пол дня на ее дурную болтовню и бессмысленное отравление организма совсем не хотелось.

Но Алена одернула себя, в конце концов, нелепый вид и дурацкие высказывания — лучшая маскировка для настоящей опасности, таящийся в человеке. Может быть, Аня просто очень умна.

Алена присела за стол, а Аня отмерила достаточное количество грибного снадобья и залила его кипятком. Теперь предстояло ждать какое-то время, пока зелье настоится.