Одиночество и ворон

Но оставаться здесь тоже было тяжело. Алена наспех оделась и вышла на улицу.

Было еще светло. Она побрела наугад, не разбирая дороги, лишь бы двигаться, лишь бы что-то делать. И от внешнего движения ослаб постепенно и внутренний ступор, сошло оцепенение. Боль обрушилась на ее душу, жуткая, нестерпимая мука. Но вместе с ней вернулась и способность мыслить.

Сейчас со всей очевидностью она поняла, что на самом деле была влюблена в своего ночного гостя. Что именно благодаря возникшей между ними связи удалось ей победить свой страх, обрести контроль и над своими сновидениями, и над своими чувствами.

Но только, что в том проку. Теперь все кончено, тайна навсегда останется тайной, а она поедет домой с Егором обратно в свою прежнюю тоскливую жизнь.

Алена вздрогнула. Ну уж нет. Только не теперь. Неважно, поддерживает ли ее Егор, но она не может все так бросить. Она должна найти того, кто погубил Олега и отомстить. Пельцман говорил, что их враг безжалостен и опасен, что вероятно, он отнял множество жизней.

Значит, его надо остановить. Она будет искать этого мерзавца через свои сны. Но, кроме этого, хорошо бы остаться в Светлояре еще на какое-то время. Если Егор решил уехать, она сама поговорит с Ириной и попросит остаться пожить у нее.

Алена двинулась обратно к дому. Сейчас такое решение было облегчением, оно хоть как-то заглушало боль. В гостиной было все так же безлюдно. Дверь в спальню Ирины была чуть приоткрыта. Алена постучала, ей никто не ответил.

Тогда она заглянула внутрь, не увидела хозяйки и зашла.

Комната была пуста. Алена собиралась уже пойти поискать Ирину в другом месте, но взгляд ее упал на стоящий на столе ноутбук. На экране была черно-белая фотография, слишком узнаваемая, чтобы Алена могла ошибиться. Ирина просматривала снимки Олега. Алена невольно опустилась на стул и стала перелистывать изображения, травя свою рану. Одна фотография привлекла ее внимание. На ней была Ирина, снятая в характерном для портретов Олега туманном мареве.

Она лежала на вершине Ведьминой Мызы в неестественной вычурной позе, лес вокруг был мрачен и гол, видимо была поздняя осень. Ирина была полностью обнажена.

Алена какое-то время смотрела на фотографию в странном оцепенении. Потом начала листать дальше. Там были еще подобные фотографии. Мрачные, совмещающие красоту и сексуальную притягательность женщины, изображенной на них с какой-то запредельной жутью.