Уроки ведьмы. Книга вторая

Два из них были рядом с входом – справа и напротив, а налево, к третьему кабинету, вел коридор с плиточным полом и блеклыми бежевыми стенами. По этому коридору сейчас направлялся в мою сторону высокий статный мужчина в джинсах и светло-сером свитере с высоким горлом.

По всей видимости, это и был Эрик Романович, как мне представила его Светлана. То еще имечко. Я быстро окинула его взглядом. Уже немолодой, но хорошо сложенный. Смуглое лицо, черные коротко стриженные волосы с проседью. Крупный нос с горбинкой, тонкие губы, подбородок с ямочкой.

Мужчина с улыбкой поприветствовал меня и пригласил следовать за ним. Кабинет его мало чем отличался от помещения, где меня принимала Светлана, разве только совсем немного уютнее и пошире. Те же кресла из кожзаменителя, низкий столик. Не было только песочницы у входа, как я ее мысленно окрестила.

– Прошу вас, располагайтесь. – Он жестом обвел все кресла, мол, выбирай на вкус, и я села в ближайшее. – Давайте знакомиться. Наверное, вам уже сказали, зовут меня Эрик Романович, но лучше просто Эрик.

Если, конечно, вам так будет комфортно.

– Вполне, – кивнула я. – А я просто Нина.

– Очень приятно. – Эрик сел напротив и, снова улыбнувшись, пристально посмотрел мне в глаза. – Прошу прощения за это место. Мой кабинет в центре города, но сейчас там небольшой ремонт, а я не хотел, чтобы у клиентов был длительный перерыв между посещениями. Поэтому на пару раз обосновался тут.

Мое напряжение, нараставшее с момента поисков длинного дома, куда-то вдруг сразу исчезло.

Все объяснялось так просто. Это я, мистификатор поневоле, напридумывала себе связей со сновидением: везде туман, мрачная обстановка, темный лес. Я почувствовала себя глупо, а еще – немного неуютно под внимательным взглядом Эрика. Он словно сразу понял это и отвел глаза.

– Налить вам воды или чаю? – предложил он. Я попросила чай, Эрик поднялся и направился к стоявшему в углу кулеру. Пока мужчина возился с чашкой, я его рассматривала.

Движения его были преисполнены грации. Все, что бы он ни делал, – наклонялся ли за водой, поворачивал голову, мешал ложечкой сахар, – он делал с непринужденным изяществом, не вызывавшим однако сомнений в его мужественности. В движениях было что-то кошачье, но не повадки домашнего кота. Скорее, то была грация тигра или пантеры. При этом чувствовалось, что он, обладая врожденной пластикой, вообще не задумывается о том, как красиво двигается.