Уроки ведьмы. Книга вторая

– Где же она может быть?

Она искала общую тетрадь, в которой раньше делала всевозможные заметки: вела дневник, пыталась сочинять рассказы и иногда записывала сны. Наконец на самой нижней выдвижной полке под стопкой каких-то бумаг она нашла нужную вещь. Выудив толстую разбухшую тетрадь на свет, Ксения быстро пролистала ее, чтобы удостовериться, там ли нужные ей записи. Затем сунула ее в сумку, решив, что читать это стоит дома в спокойной обстановке, и вернулась в кухню, где тем временем мама вынимала из духовки шарлотку, которую затеяла, узнав, что дочь решила их проведать.

Посидев еще пару часов, она засобиралась домой. Сумка с тетрадью, лежавшая в коридоре, словно тянула и манила ее, но Ксюше не хотелось так быстро уезжать от родителей. На обратном пути эта сумка словно жгла ей плечо и оттягивала руку, но она дотерпела до дома и только там позволила себе приняться за чтение. Почему-то записи были очень важны, но объяснить Ксения этого не могла. Она поудобнее расположилась в кресле, поставила рядом чашку с мятным чаем и открыла наконец тетрадь.

Пролистав до нужной страницы, она углубилась в чтение.

Старый рассказ Ксюши

Я битый час сидела за столом, склонившись над новой тетрадью, и пыталась выдавить из себя хоть несколько складных строчек, но ничего не выходило. Ко мне приближалось осознание бесполезности моих жалких попыток и, вместе с тем, разочарование. Дело в том, что довольно продолжительное время меня просто грызло желание что-нибудь написать: хотя бы повесть или короткий рассказ, причем желание это все усиливалось, и уже появился необходимый настрой, хотя я совсем не представляла, что именно мне предстоит сотворить.

Наконец я решительно уселась за стол, вытащила из верхнего его ящика чистую общую тетрадь, сдавила в пальцах ручку и задумалась о том, с чего бы начать.

Иногда начать получалось с названия, и сюжет впоследствии складывался сам собой. Бывало, я просто начинала с описания каких-то действий, которые давали толчок развитию всего произведения.

Случалось даже, хотя гораздо реже, что я садилась за писанину с уже имеющимся в голове планом. Сейчас же было только желание чего-нибудь написать и больше ничего. В конце концов вместо букв на первой тетрадной клетчатой строчке стали появляться бессмысленные несимметричные узоры, четко заштрихованные и постепенно разрастающиеся самыми непредсказуемыми ответвлениями. И вот как раз в тот момент в окно постучали.