Университет некромагии. Практика и теория жертвоприношений.

Они остались в мозгу парня – маг, накладывавший чары, не позаботился о том, чтобы их снять или хотя бы поставить защиту – и, лишенные ограничений, превратились в паразита, который сейчас пожирал разум и мозг Александера Беллы. И, судя по тому, как глубоко он пустил корни, состояние больного было безнадежным. Все, что могла Мирабелла – это наложить обезболивающее заклинание. Правда, не факт, что оно окажется действенным и не придется ли несколько часов спустя накладывать повторное, более мощное, заклинание. А потом черед дойдет до третьего, четвертого, пятого, пока не настанет такой момент, когда и обезболивающие перестанут действовать.

И это станет началом конца.

Мирабелла стиснула кулаки и зубы. Жить ее первому пациенту оставалось всего несколько дней – от трех до семи, все зависит от того, насколько он сам сможет сопротивляться чарам.

- Нет, - прошептала девушка, - я не дам тебе умереть! Ты у меня сдохнешь, но жить будешь!

Она нервно хихикнула, сообразив, что только что сказала, но отогнала постороннюю мысль и размяла пальцы.

Кое-что она в любом случае сможет сделать. Самое простое и легкое. Не панацея, но время она выиграет.

Девушка встряхнула кисти рук, словно стряхивала с них капельки влаги, и коснулась кончиками пальцев черепа парня, нажимая на болевые точки. Сосредоточилась, позволив энергии свободно течь по рукам в голову больного и чувствуя, как враждебное «сердце» замедляет свой ритм. Вот так, хорошо. Сейчас оно напиталось жизненной силой девушки и на какое-то время замрет, переваривая «пищу».

Конечно, потом оно очнется и заработает с удвоенной силой, и потребуются новые «вливания», чтобы опять притормозить его работу. Этих вливаний может потребоваться не два и даже не три, и с каждым разом отдавать придется все больше и больше, а промежутки между сеансами будут становиться все короче и короче, пока не наступит полное истощение целительницы. И, не получив очередную «дозу» подпитки, энергетический паразит за несколько часов пожрет Александера, перед этим заставив парня несколько часов мучиться от жутких болей, избавить от которых может только смерть.

Но это будет еще не скоро, а пока Мирабелла с трудом выпрямилась. Пальцы горели так, словно она только что прикоснулась к раскаленной железке. В кистях пульсировала боль, которую надо было тупо перетерпеть. Однако, даже беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы понять – «сердце»-паразит замерло, съежившись в комочек и втянув «отростки».

Александер сразу почувствовал улучшение.