В тени у Бога

Тотчас вскочив, заметила на уровне груди стрелу, трепетавшую в стволе дереве, и обернулась – меж сосен уже мелькали силуэты конных лучников. Беглянка снова рванулась вперёд, петляя из стороны в сторону. Обратив всё своё внимание назад, она не заметила трёх всадников, выметнувшихся сбоку.

Сбитая широкой конской грудью, женщина врезалась спиной в могучую сосну и замерла, жадно разевая рот в тщетной попытке сделать хоть глоток воздуха. Гарцующие всадники уже нацеливались остриями пик, но властный голос одёрнул их:

– Не сметь! Кто прикончит еретичку, сам пойдёт на костёр! Брать только живой, она ещё не успела отречься.

.. Вяжите её!

В памяти всплыли пропахшие кислым потом, мочой и кровью подвалы, трещащие на колесе сухожилия и раскалённые прутья в жаровне. Спешившись с коня, подошёл монах в чёрной рясе и, откинув капюшон, открыл пылающее ненавистью лицо:

– Недалеко ж ты убежала... У его святейшества ещё остались к тебе вопросы. А у брата Роше – угли.

Окружающие с готовностью захохотали над незамысловатой остротой, женщина же, скорчив гримасу, сжала челюсти и ударила себе руками снизу по подбородку.

Потом выплюнула в лицо отшатнувшемуся монаху откушенный язык и захохотала, захлёбываясь хлынувшей кровью. Жизнь покидала её, подгоняемая заклинанием, стекая в желудок и разбрызгиваясь по хвое. Где-то далеко остались загонщики и изрыгающий проклятия инквизитор...

* * *

Несколько минут Олег просто лежал, наслаждаясь ощущением того, что язык находится на своём месте.

Как и предыдущий, этот сон оказался чересчур реальным. Эльвира мирно посапывала, уткнувшись ему в плечо – сосны, уходящие пиками в глубокое синее небо, постепенно таяли, уступая место привычной реальности. Сколько ж раз умирала эта ведьма, чьи воспоминания сейчас таятся в его голове?

– Доброе утро! – пытаясь уловить обрывки ускользающего сна, он не заметил, как девушка проснулась. – О чём задумался?

– Ни о чём, – он улыбнулся и поймал её губы. – С добрым утром!

– Ага, то и сердце бьётся, как у испуганного ребёнка!

– Приснилась какая-то ерунда, уже и не вспомню о чём.

..

– Надеюсь, не про меня, – лукаво прищурилась девушка, медленно стаскивая одеяло.

– Не-а, – подтвердил Олег, приподнявшись на локтях и откровенно любуясь. – Про тебя только начинается...

– Нахал! – толчком она уронила его обратно на подушку и уселась сверху. – Извиняться будешь?

– Ага. Раза три. Мадам ведь до обеда никуда не торопится...