Мы Система

Расширители, глазные линзы, приклеенные парик и борода изменили облик настолько, что в зеркале видел лишь отдалённо напоминающего оригинал человека. Окончательному перевоплощению способствовали идеально подошедшее по размеру монашеское одеяние, клобук на голове и латунный крест на груди.

— Похож, — послышался под сводами отведённой Денису кельи удовлетворённый голос гримёра.

Обернувшись, Денис молча кивнул одетому в непривычные здесь рубашку и джинсы полному мужчине, сличающему оригинал с приставленной к зеркалу фотографией.

Виталию Викторовичу, так он представился, было лет шестьдесят, и, судя по тому, что за три недели проживания в монастыре Денис ни разу его не встретил, гримёр прибыл с группой монахов, с приездом которой и началось их перевоплощение. К глубокому разочарованию, архимандрита Феерия, настоятельно советовавшего укрыться в монастыре и, по мнению Дениса, способного ответить на многие вопросы, во въехавшем во двор микроавтобусе не оказалось. Надежды Дениса узнать, что есть попавший к нему шнурок и какова в этой истории его собственная роль, не оправдались.

Ещё в начале их монастырской жизни Денис задал те же вопросы впустившему их поздней ночью Андрею, но тот лишь непонимающе хлопал глазами и утверждал, что ни замыслы, ни цели архимандрита ему неведомы.

Скрипнула дверь, и келью огласил знакомый голос.

— Ну ты красавец, — воскликнул Сергей.

— Ты не хуже, — улыбнулся Денис, разглядывая рясу Сергея и жиденькую бородку, приклеенную к подбородку товарища.

В отличие от Дениса внешность Сергея менять почти не пришлось. Для полного сходства с оригиналом хватило парика и бородки.

— Я закончил, — окинув обоих придирчивым взглядом, заявил Виталий, — что, господа, скажете?

— Пикассо курит, — заявил Сергей и, посмотрев, как довольный собой мастер принялся убирать в массивный кейс разложенные на столе гримёрские причиндалы, подмигнул Денису.

— Пойдём свежим воздухом подышим.

Видимо, молва, что сам архимандрит кланялся Денису, по монастырю разлетелась очень быстро.

Обитатели монастыря вели себя по отношению к чужакам в высшей степени учтиво. Никто ни разу без надобности не заговорил с ними первым, но на любое обращение обитатели монастыря давали самые подробные пояснения. Всем своим видом монахи говорили, что постояльцы интересуют их не более, чем всё остальное, но, прогуливаясь по территории, Денис постоянно ловил пытливые взгляды.