Мы Система

Сыпля ругательствами, Толик подбежал к машине обидчика, выдернул ключи из замка «Опеля» и, размахнувшись, запустил их в густую траву соседствующего с заправкой луга.

— Слава тебе яйца, вроде срослось всё, — обмолвилась Олеся.

— В тебе умерла актриса, — отвесила комплимент подруге Лика.

Между тем светловолосый вновь умудрился встать и попытался оказать сопротивление, но силы были неравны. Без разбора наносимые удары вновь отправили его на асфальт. Из «Опеля» выскочила молодая женщина и принялась так истошно кричать, что подруги невольно поморщились.

В запале никто не заметил, как на заправку, сверкнув фарами въехал серебристый внедорожник, из которого выскочил рослый, одетый в охотничий комбинезон, коротко стриженный, моложавый мужчина. Подскочив к кружащим вокруг жертвы парням, он без раздумий встал на слабую сторону.

Оглушительный удар, хруст носовой перегородки, и сбитый с ног Толик рухнул недалеко от белобрысого. Спустя секунду рядом упал и Лёха, но в отличие от плохо соображавшего, что происходит, Толяна, Лёха вскочил на ноги и, крича благим матом, бросился на нового участника драки.

— Встава,й братишка, вставай, уходим, — послышался чей-то далёкий голос.

В голове звон, в глазах круги. Сквозь вату в ушах Толик расслышал частое дыхание. В рубашку вцепились чьи-то руки, рывком поставили на ноги.

— Идём я сказал, — крикнул Лёха и потянул за собой с трудом передвигающего ноги друга.

— Стоять, — крикнули сзади, но парни лишь прибавили шаг.

Остановились за поворотом. Утирая капающую из носа кровь, Толик сел на обочине, когда как Лёха внимательно осмотрел мерцающую электрическими огнями заправочную станцию.

— Толян, — повернулся он к другу, — ты заметил, когда тёлки наши слиняли?

— Какие к чёрту тёлки, — сплюнул Толик, — этот урод мне, кажется, нос сломал.

На заправке в это время кипела бурная деятельность. На улицу, держа в руках аптечку, выскочила женщина оператор. К месту недавней свалки подскочил невесть откуда взявшийся охранник.

— Стоило на минуту в туалет отойти, а тут на тебе, — словно оправдываясь, разводил он руками.

Возле сидящего на асфальте главы семейства суетилась стройная черноволосая женщина. Из «Опеля» вылезла маленькая, лет четырёх девочка, и, боясь подойти к избитому отцу, громко расплакалась. Мечась между ребёнком и мужем, женщина возгласами своими и репликами внесла ещё большую сумятицу в царившее кругом напряжение.