Мы Система

Я тебе, лимита вонючая, за твою жалкую работу деньги плачу. Не-е-ет, — дребезжало в голове ошалевшего Дениса, — выгоню к чертям собачьим. Выгоню и обращусь в нормальное клининговое агентство. Сжалилась над тобой, дура, работу дала, а теперь от собственной добродетели страдаю. Я что, — шипел голос, — сама должна свой мусор выносить? Ненавижу тебя, дрянь поганая».

Невольно обратил внимание на чёрный пакет, который, часто меняя руки, тащила взбешённая фурия. Понятие того, что звучавшие в голове слова являются не чем иным, как чужими мыслями пришло одновременно с выпавшей из руки чашкой.

Звон стекла отвлёк внимание, и цепь чужих мыслей мгновенно оборвалась.

Обалдевший Денис несколько секунд неподвижно стоял на месте, не в силах справиться с потоком впечатлений. Переварив, вновь попытался сконцентрироваться на дамочке, но образовавшийся в голове сумбур сделать это не позволил. Решил не выпускать её из вида, тем более, что до мусорных контейнеров ей осталось пройти метров тридцать.

«Если в руках у неё мусор и она сейчас свернёт к контейнерам, — всё больше возбуждаясь, думал Денис, — то тогда… тогда просто вообще, — не нашёл он продолжения собственным мыслям».

Она не повернула. Не дойдя до контейнеров несколько метров, женщина, не сходя с дорожки, замахнулась и запустила пакет в их сторону. Кувыркнувшись в воздухе, пакет, не долетев до зева контейнера, угодил в его кромку и, лопнув, брызнул разлетевшимся содержимым.

Кулаки Дениса непроизвольно сжались.

Путешествуя по стране с Валентином Леонидовичем, а целью путешествий, как правило, являлись дикие, необжитые места, они часто натыкались на стоянки туристов. Иногда стойбища эти после ухода обитателей мало чем отличались от мусорных свалок. Подобные места в сознании Дениса ассоциировались с мерзкими язвами, оставленными двуногими свиньями на фоне девственно чистой природы. Если хватало времени, Денис неизменно возвращался и, ругая на чём свет стоит нерадивых соплеменников, подбирал, сжигал и закапывал остатки их деятельности. Увиденное только что привело Дениса в несвойственную ему ярость.

— Стой, крыса, — выпалил он в сердцах, прожигая взглядом спину отправившейся восвояси фурии.

К его величайшему изумлению, словно услышав его окрик, дамочка застыла на месте.

«Вернись», — всё ещё вне себя от гнева, мысленно скомандовал Денис.

Женщина послушно развернулась, шагнула обратно.