Слепой охотник

Ярослав, молодой менеджер рекламного агентства, привычный к общению с людьми определённого круга, впервые оказался в такой странной для себя ситуации, поэтому первым делом просто огляделся. Ему показалось, что трое парней, стоявших перед ним, не очень страшны – всё-таки народ вокруг редко-редко, да ходит.

- Я вас слушаю, - спокойно сказал он. Первая мысль: «Сейчас все киоски закроют – без яблок останусь».

- Отойдём? – предложили ему.

И тогда он заметил неожиданную для себя вещь: все трое всматривались в его глаза так, будто узнали в нём кого-то смутно знакомого, но до конца так и не вспомнили.

- Да куда тут отхо…

Договорить не дали, сначала вышибив из него воздух ударом под дых, а потом... Резкая боль в виске с одновременной вспышкой перед глазами... Темнота с редкими проблесками света... Почувствовал своё неожиданно чужое и тяжёлое тело, которое никак не хотело подчиняться его нежеланию упасть. Он всё пытался встать на ноги, а они подламывались… И ощутил, как под мышками оказалась странная опора – очень болезненная и неумолимая: его тащили куда-то, заставляя перебирать ногами…

Когда еле видное и мутное окошко света перед ним начало рвано расширяться и становиться ярче, когда начали возвращаться нормальные ощущения, Ярослав понял, что сидит на чём-то твёрдом, а упасть безвольной голове не даёт чья-то рука, сгрёбшая края полурасстёгнутой куртки в кулак под его подбородок.

- Парень, глаза открой, - предложил ему властный голос.

Он попытался. Веки отчаянно сопротивлялись. И внезапно полегчало.

Но лучше бы он не смотрел, Потому что уставился в чёрные до тошноты глаза. Лица он не видел. Только глаза, которые будто сверлили ход прямо в душу… И снова становилось темно, как будто он снова терял сознание.

- Не, этот не подойдёт, - лениво сказал тот же голос.

Тишина… Кулак разжался – сразу стало легче дышать. Возня людей вокруг и над Ярославом; шаги, постепенно пропадающие в отдалении; неясная надежда, что всё закончилось, сейчас он придёт в себя и сумеет подняться, чтобы отправиться домой… Просто так не отпустили.

Избили. Как потом понял – в отместку за то, что оказался не тем, кто им был нужен.

Избили до потери сознания. Не найди его Нина Григорьевна, бабуля Ирины, пролежал бы, наверное, до утра между овощными рядами, которые освещались с двух сторон, оставляя тьму внутри, между прилавками.

… Красимир не дался сразу. Внезапностью его трудно было взять. Он работал водителем-курьером на производстве. Собирался ехать домой, когда его окликнули.