Слепой охотник

Что это машинные фары – дошло не сразу.

Но глаза распахнул секунды две спустя. Ещё слепой, тем же белым светом, режущим глаз, пойманный в мутный капкан из света и тусклых теней, Женя тем не менее сгруппировался так, чтобы сразу реагировать на любое враждебное движение. Мельком пожалел, что зонт в руках, и тут же сложил его – уже благодарный Ирине, что заставила в подъезде несколько раз проделать это движение.

Почему-то он быстро сообразил, чья это машина.

В мути впереди замельтешила неясная фигурка, визгливый голосок проверещал:

- Эй, ты! Иди сюда! Поговорить!

«Иди сюда».

Он сразу представил, как Демьян будет сидеть в машине, по-барски разговаривая с ним. А он, Женя чуть не раболепно согнётся, чтобы расслышать, что именно ему говорят, и будет унизительно мокнуть под дождём… Помахивая «дубинкой» зонта, подвешенного за шнурок на кисть, и постукивая ею по ноге, он лениво отозвался:

- Демьяну надо, пусть и тащится сюда.

Смутная фигурка растаяла в ярком свете. Послышались негромкие переговоры.

Свет фар померк, стал как-то даже уютней, если это только возможно в промозглую погоду.

Женя покосился на угол дома. Чёрт, место неудобное. Пока там, за завесой света и теней, совещались, он быстро шагнул ближе к стене дома. Торец здесь глухой, без окон. Но это ничего. Хоть что-то за спиной… И сумел усмехнуться. А здесь, оказывается, подветренная сторона! Дождя меньше. Только брызги долетают. Если Демьян встанет напротив, дождь весь его будет.

Свет фар исказился, его уродливо разорвало в стороны.

Демьян шагнул из света – позади него торопился кто-то из его свиты, трепетно держа над ним огромный зонт. Женя чуть тряхнул кистью. Нагревшийся браслет поёрзал на коже, и Женя успокоился, почувствовав его. Мало ли кто с Демьяном. А вдруг – упырь?

Если в театре из-за костюма Демьян казался вальяжно полным, раскормленным, то сейчас, в полупромокшем трикотажном костюме, выглядел довольно поджарым, разве что в покатых плечах то ли жирноват, то ли накачан.

- Поговорим? – недовольно спросил Демьян.

Женя ещё больше расслабился, одновременно цепко вслушиваясь в происходящее.

- Начинай, - предложил он, всё так же лениво постукивая сложенным зонтом по бедру. Мимоходом вспомнилась трость Нины Григорьевны, что заставило его улыбнуться.

Кажется, Демьяну эта улыбка не понравилась. Он тут же недовольно сморщился.

- Разговор будет коротким, - заявил он. – Сюда ты больше не придёшь. Понял?

- Нет, - сказал Женя и выждал, каким будет продолжение.