Зима гнева

Владельцы хлеба, имеющие излишки и не вывозящие их на ссыпные пункты, а также все растрачивающие хлебные запасы на самогонку являются злостными врагами трудового народа.*

*- Декрет ВЦИК от 9 мая 1918 г. Наша история… Прим. авт.

Что делают с врагами? А вот то самое и делают… и не рассчитывайте, что вас пожалеют.

Прасковья этот декрет тоже слышала. Сложно бы не слышать, когда явились к старосте два десятка «збройных»*, сунули ему оружие в нос, да и пригрозили.

*- вооруженных, жарг. прим. авт.

Отдавай хлеб, негодяй, не то…

Ну а вопрос, хочет ли человек жить – он во все времена задается примерно одинаково.

Крестьяне жить хотели. И на вопрос, есть ли в селении кулаки и мироеды, ответили. Честно.

Почти…

- Ты мне, Иваныч, не дури! Мы ж не подонки какие! Пойми – зерно нужно! Голод в стране начинается! И заплатим честь по чести...

- Золотом?

Жом Кролик, прозванный так из-за длинных и выпирающих передних зубов, покривился.

Ага, золотом!

От золота б он и сам не отказался! И уж точно не отдал его каким-то земляным червякам.

Увы, перед отъездом Петер так душевно освободил казну от лишних денег, что туда заходить было стыдно.

То ли деньгохранилище, то ли бальный зал…

В такую казну ворье – и то приглашать стыдно, как бы на бедность подавать не начали…

Петер, сволочь такая!!!

Финансировать Освобождение было решительно не на что.

Но – бумага была. А потому жом Пламенный распорядился напечатать несколько тысяч облигаций, которыми и приказал расплачиваться за продукты.

Сейчас.

Временно…

А потом, через год или два, крестьяне смогут обменять эти облигации на деньги.

Кто-то из присутствующих не верит в дело Освобождения?

Поименно, пожалуйста! И шаг вперед для удобства. Чтобы не промахнуться…

Крестьяне верили, конечно. Но сдавать продукты не торопились. Приходилось устраивать реквизиции.

Выглядело это так.

Сначала жом Кролик приходил в село или деревню, и пытался уговорить сдать излишки продуктов.

Вот, как сейчас.

- Ты мне, жом, деньги давай, - протянул староста, недовольно разглядывая бумажку.

- Сказано ж тебе, - огрызнулся жом Кролик. – Денег сейчас нет. Летом на деньги обменяешь, в Звенигороде…

- Летось… кушать-от сейчас всем хочется… и иде тот Звенигород? А иде мы…

Жом Кролик скрипнул зубами.

- Твой ответ?

- Ты мне денег дай, жом. А уж мы найдем, что продать…

Хитрый взгляд старосты стал последней каплей.