Ловчий Дьявола

Часть пути демону, крайне этим недовольному, пришлось нести девчонку. Бросать её я отказывался наотрез, идти она могла не всегда, а я не выдерживал пытки нести её покалеченными руками. Кроме того, мы ещё и замерзали. И мы разделились — боль терпел я, а тащил нашу ношу он. Тогда мы чаще могли договориться.

Помню, как занёс девчонку в дом, отдал на руки её отцу и на пороге упал без сознания.

Меня вернули через три недели. Посадили в служебную машину и привезли в отцовский дом. Следующий месяц я провёл в той самой комнате.

Голодный, заново избитый уже отцом, со сломанной рукой в разбитом гипсе.

Лена с родителями исчезли. И я по сей день надеюсь, что они согласились на откупные и всего лишь переехали. Её родители пытались защитить и меня, не только дочь. Я тогда ещё отчаянно верил, что у них может получиться.

Больше я за помощью старался не обращаться, если только не был присмерти.

Пятой удачной попыткой побега я считаю уговор со Стасом и сдачу экзаменов в питерский филиал тёмной академии.

Мне было только пятнадцать, в академию поступают с шестнадцати, но меня всё равно взяли. Я писал вступительные экзамены за всех четверых — за себя, Стаса и его шавок. Но удержались в академии они только за счёт родительских денег. Я же отдался учебному процессу весь, для меня это была такая отдушина... Учёба и тренировки, тренировки и учёба.

Пока эти мрази развлекались, я часами отрабатывал удары в спортзале. Учился правильно двигаться, бегать, падать, уклоняться, стрелять, драться на мечах и ножом, против оружия безоружным, сражаться всеми подручными предметами.

Против любого противника, один на один и против толпы. Ночевать в больничном крыле приходилось почти постоянно, но это было даже хорошо. Иногда в такие «развлечения» вступал и демон — бить людей ему, безусловно, нравилось. Мастер говорил, что у меня настоящий талант. Я даже занимался в отдельной группе для одарённых, обладающих особым талантом, который я до этого считал своим проклятьем. Я же просто хотел выжить.

Сдав экзамены, я в тот же день удрал в чём был, прямо от кабинета, ничего с собой не взяв и выбросив телефон в ближайшую урну. Месяц мне удавалось скрываться. И следующие два месяца я провёл в подвале с перебитыми ногами. Чтобы не смел сбегать, неблагодарный ублюдок, и ценил всё, что для меня делают. Но в сентябре меня всё же отправили на учёбу — Стас посодействовал под моё обещание репетиторства для него.

Шестая попытка едва не провалилась.