Ловчий Дьявола

Сколько ей было? Как мне сейчас?..

Вздохнув, так и не дождавшаяся никакого ответа сестрёнка просто меня обняла.

— Неужели ты сможешь обо мне забыть, если потеряешь талисман? — спросила сестра, подняв голову.

— Нет, — я бережно обнял её в ответ. — Я так виноват перед тобой, сестрёнка...

— Женька, — произнесла она с теплотой. — Ты единственный, кто вообще ни в чём не виноват.

— Обманываешь меня опять? — невесело усмехнулся я.

— Упрямый дурак, — привычно обозвала она.

— Ну, прости, — со смешком ответил я.

— Какой есть...

Она отстранилась. Отступила от меня на шаг. Сказала всё так же тепло:

— А ты очень вырос, мой снежный котик... — как давно она меня так не называла!.. — И изменился.

— Но я ничего не забыл, — тихо ответил. — Я знаю, что ты мне только снишься. Что тебя нет рядом и уже никогда не будет.

— Это сон, — согласилось моё видение. Протянула руки, переплела пальцы на моём затылке и заставила склониться к ней, касаясь лбом ко лбу. Последний раз, когда она так делала, мы были одного роста.

.. — Но я с тобой, брат. И я всегда буду тебя любить. Не смотря ни на что.

— Я тебя люблю, Светик. Даже если тебя уже нет.

Он появился беззвучно и ничего не сказал. Но я спиной ощутил его присутствие. Повернулся, чтобы взглянуть на двойника. Он, опустив голову, смотрел на озеро.

— Что я должен сделать, чтобы ты мне снова поверил? — сдавленно спросил он, не поднимая взгляда от воды.

— Не знаю, — отозвался я.

Света задумчиво склонила голову.

Подошла к тёмной стороне, взяла его рукой за ворот и потянула вниз, заставляя наклониться. Посмотрела мгновенье и поцеловала его в щёку. Он не я, а ты моя сестра, а не его!

— Спасибо тебе, Уилл, — негромко произнесла она. — Я знаю, чем ты пожертвовал.

Зависнув почти на минуту, я спросил:

— Что?.. Как ты его назвала?

Света обернулась. Решился посмотреть на меня и тёмная сторона.

— Уильям, почему Женя не знает твоего имени? — сестра через плечо посмотрела на моего демона.

— Потому что он мне его никогда не называл, — ответил вместо него я. — И я зову его в основном «мой придурок».

— Ромашка тупая, — буркнул в ответ тёмная сторона.

— Сказал умственно неполноценный...

Дальнейшие переругивания прервала Светик. Она искренне, весело хохотала над нами обоими. Как давно я не слышал её смеха. Она перестала смеяться задолго до того, как умерла. Моё несуществующее видение... Но такое хорошее, что я хочу в него поверить.