Больше никаких сделок с М

Голову он повернуть не мог, что было странно и не совсем удобно, поэтому скосил глаза, насколько позволяла их подвижность. «М!» – опознал он стоявшего по торчавшему из нагрудного кармана пиджака голубому, в тон галстуку, платку. Что было выше этого уровня, он видеть не мог. Стоявший сделал шаг назад и вошел полностью в поле зрения. И это действительно был М. «Почему он здесь?» – пронеслось в голове Гранина.

– Потому что здесь надо слегка прибраться, – как всегда бесцеремонно непосредственно на мысли ответил М.

В руке он держал нечто, похожее на метелку из страусиных, но, может, и из каких-то других перьев. Он ей помахивал в разные стороны, ни к чему, впрочем, не прикасаясь.

– Игра окончена, и, боюсь, нам с тобой уже пора. Надо признать, что игра получилась жестокой, но ты сам в том виноват. Согласись, я тебя предупреждал, – говорил М с грустной улыбкой на жестком лице. Как же ему удается совмещать несовместимое?

«Мы думаем, что разговариваем с ангелом, а он оказывается бесом, – думал Андрей Владимирович.

– Я думал, что впустил в себя ангела, а в результате был одержим бесом...»

– По большому счету, радикальной разницы нет, – пояснил М, – и все зависит от обстоятельств. Мы уже говорили на эту тему. Однако, ваши подозрения, Андрей Владимирович, напрасны. Я вам не враг, вовсе нет, как, впрочем, и не вполне друг. Просто у меня работа такая, просто такая работа. Но, к тому же, вы не принимаете во внимание то, что свой личный бес живет в каждом из вас.

Вот его победить удается не каждому. Вам это удалось, склоняюсь перед вами и снимаю шляпу... Жаль только, что цена победы оказалась чрезмерной. На мой взгляд.

«Это все ты, ты... – подумал Гранин. – Ты все подстроил»

М рассмеялся серебряным смехом.

– Все это игра, я же вам говорил. Просто такая немного жестокая игра.

Гранин вдруг вспомнил то, что он еще мог и должен был сделать. Он полез в карман, в котором, как помнится, был телефон. Рука почти ничего не чувствовала, едва сгибалась и двигалась с трудом.

Помогая ей, он задергал ногой, но получилось, что стал отталкиваться, и в результате начал передвигаться на кухню. Ползти было легко, словно пол был специально смазан чем-то скользким. Но, может, так оно и было, он не видел.

После нескольких неловких, судорожных взбрыкиваний, Гранин переместился в кухню и там, уперевшись головой в невидимую им преграду, остановился. Здесь-то ему и удалось, наконец, извлечь из кармана телефон.