Бесконечная жизнь майора Кафкина

Надо решать Продовольственную Программу!

В щели проникал свет наступающего рабочего дня. Кафкин аккуратно выглянул с чердачного входа и посмотрел по сторонам. Рано еще, не больше пяти. Все спят, следовательно, есть смысл заглянуть в угодья Оборвышевых и приступить к заготовкам. А как делать капустные запасы? По одной таскать не-це-ле-со-об-раз-но. Надо брать сразу несколько кочанов. Для этого следует использовать мешок. А где мешки у нас хранятся? В сарае.

Выбрав мешок подходящего размера, он забрался к соседям.

Свои кочаны всегда взять можно, так что начнем с чужих. Осмотрелся.

Ах, как хорошо было здесь ранним утром! Капельки росы блестели под солнечными лучами, над капустными головами и помидорными кустами кружили крылатые насекомые, издали резким криком возвещал о рассвете запоздавший петух, и от всего этого Кафкина так пробрало, что он едва не пустил умилительную слезу. Какую красоту создал Бог, подумал он. Покой да благодать. Возможно, и в раю так было, пока Ева с Адамом не согрешили? Интересно, а капуста там была?

Впрочем, пора было заняться делом.

И тут возникла проблема: как заготавливать кочаны без ножа? После мучительных раздумий нашел выход: надо оборачиваться туловищем вокруг ножки, а потом со всех сил дергать.

Работа оказалась трудоемкой, и, добыв пяток кочанов, употевший и запыхавшийся, Кафкин решил сваливать. Хватит на первый раз. Да и времени уже немало, часов шесть, поди. А ну как застукают! С наполненным мешком ползти было сложнее: он мешал движению, да еще и под конец за забор зацепился.

Кафкин принялся дергать его туда-сюда, но тот не поддавался.

– А-а-а! – заверещало сзади.

Соседка! Очухалась, стало быть, дрянь! Он запаниковал и, перебросившись через забор, бешено стал рвать проклятый мешок на себя. Пошел, родимый…

Тут по голове что-то больно ударило. Баба швырнула картофельный клубень! Сволочь! Он поспешил укрыться за сараем в густых лопухах, разросшихся в огороде.

Бабьи вопли прекратились.

Вероятно, теперь она изучала следы, оставшиеся от вырванной еды. А сколько шашлыка сожрала на юбилее? А? Будь ты проклята!

Выждав и передохнув, он поволок мешок к дому. Главное – конспирация; не оставлять борозд! Затаскивал мешок через чердачный вход, что располагался со стороны, противоположной оборвышевцам. Пришлось попыхтеть, но все обошлось. «Лиха беда начало, – довольно подумал Кафкин. – Мы еще развернемся!»

Теперь он мог и выпить.