Кровь тьмы. Чернокнижник

– Попробуй повеселить меня подольше предыдущих насекомых.

Тварь! – вампир не выдержал моего давления на его разум и, осознав, что начинает трястись в ужасе, предсказуемо бросился в атаку. – Ты не сможешь победить!

Эрик был в разы быстрее своих подручных. Вероятно ещё и в разы сильнее. Но, что я мог сказать точно, бесконечно злее их. Я знал это, потому что сам был из этой породы людей и понимал, что его гордость не позволит ему сбежать, даже не попытавшись убить меня.

Вампир настиг меня за какую-то секунду. Скорость его передвижения была сопоставима с тем монстром из психиатрической лечебницы, которого прикончили бойцы Эгиды своей светошумовой гранатой.

Его острейшие когти были в сантиметре от моей груди. Он собирался пробить её насквозь и вырвать сердце, чтобы показать мне перед тем, как я покину этот мир.

-Твоя наглость смехотворна. – леденящим голосом произнёс я, смотря прямо в красные глаза вампира. – С чего ты вообще взял, что способен со мной тягаться?

Говорят, что вампиры не дышат.

Могу вас заверить в том, что это наглая ложь. Ноги Эрика были оторваны от земли, и он так забавно ими дрыгал, что я невольно даже улыбнулся. Краешком губ. Или же моя улыбка была вызвана выпученными глазами, раскрытой пастью и руками, схватившими собственную шею в надежде найти там ту удавку, что безостановочно стягивалась на его горле.

-Поща-ади-и-и… - едва смог прохрипеть вампир, чьи изначально красные глаза настолько налились кровью, что напоминали собой тлеющие угольки.

Он молил меня о пощаде.

Возможно, только возможно, я бы поверил в истинность его слов, если бы только не знал о том, что он врал мне. Нет, глупо с его стороны было надеяться на то, что я в это поверю.

Окажись на его месте я, поступал бы сейчас точно так же. Молил бы о пощаде, обещал всё, что угодно, но стоило бы только проявить ко мне жалость, сразу же нанёс удар. Просто потому что моя гордость бы не позволила существовать тому, кто посмел заставить меня испытать такое унижение.

Потому я знал о том, что он лжёт мне и поэтому не собирался щадить.

Под воздействием моего телекинеза, вампир сучил ногами, в бессилии рвал своё горло и задыхался. Но вскоре мне надоело смотреть на его муки, и проклятый кинжал вошёл ему в грудь, пробивая сердце. Нож с жадностью стал выпивать всю жизненную силу Эрика, отдавая значительную её часть своему хозяину.

Закончив со своим врагом, я отбросил бездушное тело, словно стряхнул прихлопнутого комара и наконец-то обернулся.