Муравейник

Даже так – куда бы мы не пошли, мы проходим от этой поляны порядка двадцати метров и снова упираемся в эту поляну. И поверь моему опыту, так Леший не водит. Это что-то другое.

- А зачем тогда…? – начала многоумная студентка, морща нос.

Но Артём упредил вопрос на взлёте:

- А что я ещё мог сказать? Это самый известный хозяин леса. Ну, по правде - я не знаю, кто нас тут держит. Но держит крепко. Двадцать метров и – возврат.

- А как же мы тогда выйдем?

Артём вздохнул:

- А это основной вопрос на сегодняшний день, да.

Пока мы выходить никуда, Ксюш, не будем. Пока у нас ночь, а ночью по лесу шариться – ничего хорошего из этого не выйдет. Поэтому благодарим это место за то, что оно чистое, хорошо пахнет орешками, даёт достаточно сушняка на дрова и довольно мокрое, чтобы с тента на завтра набрать воды. И радуемся тому, что есть. А завтра будет завтра. Тогда и будем пробовать куда-то и как-то двигаться.

Ксюша обиженно поджала губы, но ума девочке хватило не перечить. Задумчиво стала смотреть в костёр, вытянула туда ладошки и ножки, чтобы согреть.

И явно уже не от холодка озябла, а от постижения безвыходности ситуации, в которую попали. Впрочем, Артём знал, что женская природа такова, что до последнего верит в то, что всё закончится хорошо. Женщинам словно на генном уровне запрещено терять надежду. И в этом, конечно, природа-сука бабам свинью подложила знатную. До последнего они за надежду эту держатся. И потому часто не успевают уже ничего поменять. Вот живёт какая-нибудь дурёха с мужем, который пьёт, сквернословит и поколачивает. И что? Она до последнего верит – он хороший, он изменится, всё будет хорошо. Как мантру это повторяет и день за днём терпит побои и измывательства. Пока не прибьют. И так в любой ситуации. Попала к террористам? Да, они хорошие в душе, они ради добра и мира, они нас скоро всех отпустят! Болезнь нашли страшную? Ой, да ничего такого, лечиться не буду – само пройдёт! Бабы только к чужим бедам такие сострадательные и чуткие, сразу как квочки становятся: «Ко-ко-ко, ко-ко-ко, ой, беда, беда!» – и давай помогать, не смотря на свои проблемы. А свои… свои вытягивают только на той самой, святой надежде, которая в них до последнего гвоздя в крышку гроба живёт. А может и дальше… Тяжело с бабами, в общем. Артём это хорошо понимал по поискам. Чем дальше в лес, тем мужики больше на опыт и знания рассчитывают, а женщины… ну, да. На авось и её величество Надежду. Будь она неладна…

Артём досадливо поморщился и поднял воротник.