Лихой гимназист

Было бы совсем здорово закончить его нам вместе у меня в квартире, но я прекрасно понимал, что Маша, скорее всего, не согласится. Да и лучше пока не торопить события, действовать осторожно.

– Ты мне очень нравишься, – сказал я, наконец.

– Вы... ты мне тоже, – ответила Маша. – Но это было... несколько неожиданно.

– Мне нравится делать сюрпризы.

– Я бы тут всю ночь так и стояла с тобой, – вздохнула Маша.

Вот же глупая, подумал я. Лежать со мной всю ночь в кровати будет всяко лучше, чем стоять тут.

– Но папенька ругаться будет, – произнёс я.

– Да, – очередной вздох.

– Ну тогда пошли домой.

Мы двинулись по пустым вечерним улицам. Солнце спряталось за домами, но было по-прежнему, светло.

– Завтра воскресенье, и мы не встретимся утром, – напомнил я. – Но мы можем вечером куда-нибудь сходить, например, в ресторан. Как тебе такая идея?

– Я бы с радостью, – ответила печально Маша, – но сейчас по воскресеньям много дел. У сестры близятся экзамены, и я подтягиваю её по разным предметам. Поэтому не смогу, к сожалению.

Через две неделе учёба закончится, и тогда я буду посвободнее, да и ты... наверное тоже? Тогда я с удовольствием схожу куда-нибудь.

– Точно. Мне тоже надо готовиться, – ответил я, не выдав досады. – Ну значит, договорились. Запланируем данное мероприятие через две недели.

– Буду ждать с нетерпением, – улыбнулась Маша.

Мне же было не очень весело. Ещё две недели ждать! Да сколько можно-то? Нет, у этой эпохи явно имелись свои недостатки. Затащить девушку в кровать тут немного сложнее.

Хотя, смотря какую, наверное. Может, завести служанку, как батя? Впрочем, на это тоже надо время: кого попало не возьмёшь, придётся кастинг провести.

Ну а пока мы с Машей продолжали встречаться по утрам и ходить вместе до её типографии.

Полторы недели миновало со дня моей поездки в родительский дом и неудачного покушения. Я всё ждал письмо о смерти отца, но вместо этого сестра написала, что отец идёт на поправку. В день моего визита после обеда неожиданно приехал человек от целителя, к которому обращались, и уговорил батю отправиться в клинику.

Поэтому-то я и не обнаружил его дома ночью. Ольга сетовала, что наша семья теперь ещё больше погрязла в долгах. Но это не главное, писала она, главное, что отец жив. Да уж, подумал я, действительно, а теперь мне голову ломать над проблемой. Батю следовало устранить, причём так, чтобы никто даже не подумал на меня.

Пришло письмо и от дяди. Он тоже был ранен, но легко, в руку.