"Боря! Не райская это работенка."

Дорогая, без вкуса подобранная одежда: высокие кожаные сапоги, широкополая шляпа, золотая цепь и крест на шее, точно такое же дорогое украшение на запястье руки, поэтому золотой крест нередко оказывался сжатым в его кулаке. Остальное он рассмотреть не успел.

«Почему они все время носят шляпы?»

Опять стал падать.

«Хоть вообще ни о чем не думай. Ладно, придется идти пешком, тут осталось совсем немного, за углом нужное здание, третий этаж, дверь по коридору направо».

Здание было не в самом хорошем состоянии, консьерж только поднял голову, и утвердительно мотнул челюстью.

«Что он, интересно, увидел?»

- Ты поможешь мне?

Оказалось, что служащий тяжело ранен, и истекал кровью. Этого Боря понять сразу не мог, просто его поразило, что этот человек сейчас умрет, а он его так видит. Жизнь уходит из него, словно тепло. Службу «скорой помощи» ему никто не вызвал.Наверху явно что-то происходило. Оттуда послышались многочисленные выстрелы. Если он хочет успеть, то нужно поторопиться. Но Борис протянул руку к умирающему человеку, и как–то облегчил его боль, взяв все на себя.

Сначала это его сильно обожгло, руки, словно обагрились чужой кровью. Капля за каплей его тело заполнило нечто чужое, теплое, можно сказать, что живое.Потом умирающий консьерж перестал хрипеть, облегченно вздохнул и безвольно застыл.

«Что с ним делать? Я, конечно, не падре, но умереть так, без причастия, это грех. Впрочем, столько людей сегодня умирают вот так, без причастия, и ничего. Опять богохульство. Прости меня, Господи! Что делать с его душой, как её отпустить?»

Боря понял, что впустил в себя нечто такое, что можно было назвать чужой душой.

Что ему делать? Он не собирался быть «душехранилищем» чужих оболочек!

Ему нужно было спешить наверх. Он стал подниматься по лестнице, когда увидел впереди отвратительную старуху. Длинные, косматые волосы болтались с разных сторон. Тонкие губы, длинный хищный нос. Она шла ему навстречу. На ней болтался нелепый балахон, - такое темное одеяние, в руках деревянная рукоятка от косы.

Но самого лезвия орудия не было видно.Старуха сразу преградила ему дорогу. Выжидающе уставилась на него, пытаясь понять, что это тут происходит. Ей самой нужно было срочно оказаться внизу, потом опять спешить наверх. Кто–то успел перехватить душу, и этот кто–то теперь стоял напротив неё, и всем своим видом напрашивался на большие неприятности. Увидев Смерть, а это, конечно, могла быть только она, Боря попятился, стал молиться.