Тёмная сторона

Рывком встаю, чувствуя сильнейшую головную боль. Опять на отходосе... Поднимаю с пола рюкзак, быстро сбрасываю в него случайные учебники и тетради, рассыпанные на рабочем столе, выхожу из комнаты и покачиваясь спускаюсь по крутой лестнице вниз, в холл. Дверь в кухню открыта. Слышны негромкие разговоры. На зеркале у входа отражается мой облик. Апатия, уныние и ещё что-то жутко зловещее.

На кухне вся семья в сборе. Завтракают. Папа, мама и младшая сестра Дженни, тоже в школьной форме. При моём появлении разговоры стихли.

Мама встала с своего места, улыбнулась и показала на свободное место.

— Боже, Мария, тебя звали несколько раз, садись, вот яичница с беконом, сэндвичи, молоко.

— Я не хочу, — буркнула я. — Мне в школу пора. Налей кофе.

— Кофе вредно для твоего здоровья! — возразила мама. — молоко или какао. Выбирай, милая.

— А я хочу кофе, мать твою! — заорала я. — Я не хочу сраное молоко и сраное какао! Мне в школу надо!

— Мария! — возмутилась мама, немного постояла, опустив голову и, заплакав, выбежала из кухни.

Папа укоризненно посмотрел на меня, встал, подошёл, и попытался обнять за плечи, но я вырвалась от него, села на пол, прижавший спиной к стене и заплакала.

— Мария... Тебя исключили из школы. В полиции хотят заводить дело об избиении одноклассника и учительницы. При тебе полиция вчера нашла наркотики. Ты погибаешь. Валишься в бездну. Мы не можем мириться с этим. Ты наша дочь. Сейчас мы поедем в специальную клинику для таких как ты. Так надо, малышка. Так надо.

Голос папы был спокоен но в то же время абсолютно властен и уверен.

И возразить было нечего. Слёзы ещё больше полились из глаз. Я засунула руку в рюкзак в поисках чего то острого. Чего то нехорошего. Но среди учебников нашла лишь фотографию. Мне три года. Белое платьице и белые колготы. И ощущение запредельного счастья.

Вспышка света и я опять в трамвае. Тяжкие воспоминания начинают просыпаться во мне и я боюсь следующей остановки. Там должно произойти что-то ужасное.

Глава 8. Катастрофа

Трамвай резко нырнул с холма прямо в воду.

Вокруг простиралось бесконечное море. Ровная как стёклышко поверхность синей воды до горизонта. По ней заходящее солнце прокладывало алую дорожку. В тёмном небе уже видно яркие крупные звёзды. И такая печаль ощутилась в сердце... Печаль по чему-то несбывшемуся, чему-то сказочно-недоступному. Она накрыла меня с такой силой, что я горько заплакала, закрыв лицо ладонями.

Море странное. Совсем неглубокое, до середины колёс трамвая.