Город без имени

Во всяком случае, когда она глядит на небо, то губы беззвучно шевелятся. Цитирует или подбирает слова? Не буду спрашивать. Захочет – расскажет сама.

К этому небу и чистой ночной тишине подошла бы мелодия вроде «Wish You Were Here». Просто музыка, без слов… увы, нельзя было взять плеер. У Вальтрана он все равно откажет, слишком много там активной магии.

Глациэль и Мейта шли сразу за нами; девушка-призрак старалась держаться поближе к спутнику. Обоснованно: в некоторых районах Ночного сектора опасно даже для привидений.

– А тут все другое, – задумчиво сказала Рин, переводя взгляд на здания.

Я согласно кивнул. Так и есть; если дома в Вечернем секторе почти обычны, то Ночной – это земля острых шпилей, стрельчатых окон и барельефов.

Не знаю, кто был архитектором, выстроившим этот сектор, как и не знаю имени творца Вечернего. При этом не могу не восхититься его чувством стиля.

Но Хильд как-то раз говорил, что облик дома отражает тех, кто в нем живет. И если это так – то Ночной действительно не может выглядеть иначе.

Из-за угла вышел высокий дымчатый кот в темном плаще и цилиндре; проходя мимо, он вежливо приподнял шляпу и я ответил тем же. Он прошел мимо нас и остановился – очистить от случайно налипшей грязи кончик хвоста.

Рин оглянулась на него только один раз. Действительно, уже освоилась.

– Сейчас повернем, пройдем пару домов, и будет особняк Вальтрана, – сообщил я. – Пропустить невозможно.

Мейта вздрогнула, как это умеют только призраки – всем телом, на мгновение подернувшись рябью по краям.

Дом мага действительно нельзя было пропустить – просторный особняк с металлической оградой; три этажа и наверняка еще и подвал. Позади был сад; некоторые запахи чувствовались даже здесь. И в этом саду точно не стоит гулять без защитных амулетов.

Я поднял руку, легко касаясь прутьев ворот. Заменявшее замок металлическое лицо открыло глаза; прозвучал холодный голос:

– Кто?

– К мастеру Вальтрану; дело касается преступления, к которому он, возможно, причастен.

Волшебный страж помолчал, связываясь с хозяином. А потом ворота сами собой открылись.

Город без имени не добр, но вежлив. Вальтран мог не обратить на нас внимания; любой из тех, к кому приходят по делу, может не пожелать впускать в свой дом гостей. Закона, позволяющего гарантированно войти в чужой дом, нет, но из вежливости впускают.

Я уже говорил, что законов в городе очень мало. Многие из них заменяются именно такой вот обыденной вежливостью.