Город без имени

У меня крылья не железные – мотаться туда-сюда по городу без перерыва.

И я двинулся с балкона в коридор; Килаль тут же вспорхнул мне на голову, и мне оставалось лишь рыкнуть для очистки совести. Своей, конечно. У этой пташки и его сородичей совесть отсутствует по определению.

К счастью, перекусить у нас можно всегда. Шеф, сам любитель покушать, отлично понимает, как важно вовремя подкрепиться, и столовые есть на каждом этаже. Ходят туда все, а потому…

А потому есть хороший шанс встретить того, кого никак иначе не подловишь!

Высокий птицечеловек с белым оперением что-то втолковывал скептически настроенному ворону, стоя спиной ко мне, и потому не замечая.

И только увидев ехидный блеск в глазах собеседника, он оглянулся.

Судя по испуганному выражению клюва – узнал.

– Так, – задумчиво сообщил я, облизываясь, – сейчас я кем-то буду обедать…

Птицечеловек определенно поверил.

– Э-это не очень хорошая идея, – слегка дрожащим голосом сообщил он. – И вообще, мне пора…

– Стоять! – взъерошился я, выпуская когти, но, увы, он скорость набрал быстрее, нырнув за поворот.

Я бросил взгляд вслед, потом на дверь столовой, откуда так аппетитно пахло… ну, ладно, тайфун с ним.

Но все же для порядка заорал вслед:

– И чтоб при следующей встрече наконец отдал зарплату за три месяца! Счетовод ощипанный!

Главу нашей бухгалтерии не любит никто. А я – особенно.

– Меньше пропадать на заданиях надо, – хихикнул Килаль. – Получку пропускать не будешь.

– На себя посмотри, колибрин сын, – отозвался я.

– Сам исчезаешь на недели, причем даже не по делу.

– Мне простительно, я все равно самый быстрый, – гордо заявил Килаль.

Ворон – Аркор его зовут, работает в архиве, – насмешливо каркнул. Я мрачно покосился на него и прошел в столовую.

После обеда можно и за новое дело приниматься. Как дед говорит: «Голодное брюхо к заданию глухо».

Я отнес квитанцию Рохажа в отдел курьеров и получил взамен продолговатую коробку с прилепленным адресом. Попытка прочитать его на месте провалилась, так что пришлось сунуть посылку в сумку и топать на балкон.

Там, при ярком свете, будет полегче… было бы…

Если б не почерк, мистраль ему поперек! Такое чувство, что писали… не знаю чем! Хвостом. Отмороженным. Причем таким, какой у меня самого – с иглами.

Наконец разобрал… Дориан Эвалль, живет на Одинокой улице, в Дневном же, только вроде на окраине. Гм, и зачем именно я понадобился?

Ладно, на месте разберусь.