Можно ли обижать мальчиков?

Тем более, что расположение камер в своей лаборатории она прекрасно знает и вполне может скрыть от них то, что ей предстоит сделать.

Следующую дверь с красной надписью: «Опасная зона» и ядовито-оранжевым значком биологической угрозы, можно открыть только с помощью электронной карты. И зайти получится лишь в небольшой тамбур, за которым находятся раздевалки для персонала лабораторий и душевые комнаты. Душ здесь тоже не простой, а двухступенчатый: сначала химический – для дезинфекции, а затем – обычный. Но всё это только наружное воздействие, а продукт будет у неё внутри, и никак пострадать не сможет.

Ну и наконец, за стенами боксов из стекла и металла можно разглядеть помещения с лабораторным оборудованием, коробами со встроенными перчатками и манипуляторами, микроскопами с выводом картинки на мониторы компьютеров, рядами пробирок и колб, стерилизационными контейнерами с инструментами.

Кроме Карен, одетой в белый лабораторный халат, никого из других сотрудников в этой части лабораторного комплекса не было.

Да и не могло быть, так как доступа сюда они не имели. Это была только её, почти личная, лаборатория, в которой она и проводила свои исследования.

За белой дверцей холодильника, перед которым сейчас стояла Карен, при температуре минус 70 градусов Цельсия в отдельном, никак не маркированном боксе, стояли две обычные запаянные медицинские пробирки, помеченные разными цветами – результат её пятилетних, щедро оплачиваемых Джессикой Инсейн трудов.

Что и как с ними делать женщина знала. И даже дала обещание.

Но как же трудно было решиться на его воплощение. Сомнения, отринутые ранее, нахлынули с новой силой, делая её нерешительной, заставляя неподвижно стоять на месте. Глаза Карен неотрывно смотрели на ручку холодильника, а руки в медицинских перчатках поглаживали через ткань халата небольшие прямоугольные кусочки пластика со стилизованными изображениями американского флага, одному из которых (кусочку, а не флагу) она вчера в очередной раз радовалась.

Думала она о своей прожитой жизни, о силах и нервах, затраченных на проведение исследований, о незаконченном цикле испытаний образца, что не прошёл апробацию на людях, о цифре общего баланса её банковских счетов и её скором увеличении.

Здесь её мысли перескочили на вчерашнюю встречу с Джессикой. Вспомнив выражение глаз, с которыми Джессика передавала ей очередную банковскую карту, и весь их разговор, Карен вдруг отчётливо поняла: «Обратного пути у неё уже нет! Теперь только вперёд, до самого конца».