Пришельцы ниоткуда

Вскоре он прислал за мной. Суйлик пошел меня провожать. Когда мы были уже почти на виду у часовых-синзунов, он остановился и хотел вручить мне свой фульгуратор.

Я поблагодарил его, однако отказался, уверенный, что бояться нечего. Один из синзунов встретил меня и повел за собой. Звездолет был огромным – более ста восьмидесяти метров в длину! – и нам пришлось долго идти по бесконечным переходам, прежде чем мы добрались до зала, где меня встретили пять синзунов и Ассерок, все в шлемах-усилителях.

Чуть поодаль, в таком же шлеме, из-под которого выбивались длинные золотистые волосы, прислонившись спиной к переборке, стояла Ульна.

Едва я вошел, тот из синзунов, что был старше других, «передал» мне:

– Этот хисс уверяет, что ты – не тельм, а просто черный синзун. Что ж, посмотрим… Расскажи нам о своей планете!

Я не торопясь опустился на металлическое сиденье, устроился поудобнее, заложил ногу за ногу и начал:

– Меня приняли за низшее существо. Я оскорблен не меньше вашего при мысли, что вас опередил какой-то тельм, и все же отвечу вам, из уважения к хиссам.

Знайте же, что на моей планете есть только один вид людей, из которых одни светловолосы, как вы, а другие – темноволосы, как я. У некоторых – и таких немало – даже кожа черного или желтого цвета. У нас долго спорили, какая раса высшая, и пришли к убеждению, что все люди равны. И все-таки не так давно мы были вынуждены воевать против некоторых землян, которые объявили себя расой господ, и мы победили, несмотря на их мнимое превосходство.

Так я «передавал» более часа, широкими мазками набрасывая картину нашей цивилизации, нашего общественного устройства, наших науки и искусства. В научном отношении синзуны, разумеется, неизмеримо превосходили нас и в некоторых областях продвинулись даже дальше хиссов, но наши успехи в области использования атомной энергии произвели на них впечатление: синзуны решили эту проблему сравнительно недавно.

Мне начали задавать вопросы, все более и более сложные. В конечном счете синзуны пришли к выводу, что я никак не могу быть тельмом, пусть даже внешне похож на них.

С этого момента отношение ко мне резко изменилось. Синзуны стали настолько же радушными, насколько еще недавно были враждебными. Ульна сияла: ведь только она встала на мою защиту. Ассерок условился с Хелоном, пожилым синзуном, отцом Ульны и начальником экспедиции, что вечером тот явится на Совет девятнадцати.

Когда мы уходили, Ульна и ее брат Акейон пошли нас проводить.