Заговоренный перстень

Когда все окна были оплетены в комнате раздался невнятный стук. Не поняв где находится источник звука я затравлено озиралась и заметила, что женщина внутри зеркала отчаянно пытается привлечь мое внимание. Уставившись на нее, я почувствовала, что перстень сильно нагрелся, а еще увидела в зеркале то, что упустила из виду в реальной комнате. Печная заслонка тоже была оплетена паутиной.

Среагировала я мгновенно, и едва первая нить перечеркнула заслонку, как в печи что-то ухнуло, закусив губу я пыталась не бояться, перстень пылал лишь сильнее отвлекая меня, вот уже заслонка заходила ходуном, как вдруг в моей голове сами собой всплывали откуда-то строки, и я начала петь:

Шелка, как камень, надежно мой дом

Закроют от всех бед.

От тьмы и теней, от черного зла

Храни меня мой оберег

Никто не сможет сюда войти

Коль зло в своем сердце хранит.

Скрепой вековой мое слово в ночи

От зла меня защитит

С каждой строкой голос становился все громче и сильнее, и я удивлялась сама себе, ну откуда что взялось? И слова эти странные, и мотив, и голос.

Да что скрывать, я всю жизнь мечтала о таком голосе и вот оно счастье?

- Да, сомнительное счастье какое-то, - сказала я вслух, чтобы разрядить обстановку, обернулась и рассмеялась.

Платон, раскинув ручки и ножки звездочкой спал на моей кровати. Да как спал, даже потихоньку присвистывал и посапывал. Я не стала его будить, наверное, намаялся, пока меня охранял, выключила свет и уселась у окна наблюдать за обстановкой.

Во дворе явно что-то происходило, то на одну, то на другую стену периодически обрушивались мощные порывы ветра, к окну, казалось, походил кто-то гигантский, полностью закрывая его собой, то вдруг вновь становилось видно звезды.

По крыше словно стадо слонов бегало, я даже вспомнила старый советский мультик «Следствие ведут колобки», посмеялась про себя, и понадеялась, что моя крыша все же останется целой.

Периодически вдалеке вспыхивали парные желтые огоньки и пугали меня до одури, иногда в дверь стучали и противненьким голоском просили впустить.

Даже детский голосок имитировали.

В темноте было заметно, как перстень реагировал на происходящее, то вспыхивал, то потихонечку затухал, я опустила руку под стол, чтобы снаружи нельзя было увидеть эти всполохи. Я понимала, что пока он не нагрелся реальной опасности нет, и мне очень хотелось не ошибиться в своих предположениях.

Утро наступило внезапно, хотя уже не верилось в то, что оно когда-нибудь наступит.