Заговоренный перстень

- Что такое? – спросила я?

Старичок встал и поклонился в пояс: - прости, матушка, не разглядел сразу, силушку-то Вашу и не видно совсем, скрыта она как будто, умело скрыта…и старичок осторожно попятился назад, явно намереваясь скрыться из вида за печью.

- А ну стоять! – рявкнула я. И домовой вытянулся по стойке смирно. Я поняла, что напугала его и решила смягчить ситуацию.

– Слушай, домовой, а ведь у тебя, наверное, имя есть?

- А то, - смущенно потупился старичок, - Платоном кличут.

- Вот что, Платоша, я все равно уже не усну, да и утро скоро, давай с тобой чаю попьем и побеседуем, мне много чего у тебя узнать надо.

Я взяла в руки чайник, а Платон щелчком пальцев развел в печи огонь.

Вскоре чайник замурлыкал, и мы уселись за стол пить ароматный чай из трав, которые Платоша приволок откуда-то из-за печи.

- Ну, давай, Платоша, рассказывай, - попросила я.

Хорошо, матушка, я начну с местного уклада, расскажу я тебе, как тут у нас все устроено. Места тут у нас, ой какие не простые. Сейчас в мире места для жизни наших, как люди говорят, «нечистых», ведь не так уж много осталось.

Наука, растудыть ее в коромысло, техника всякая расплодилась, люди не верят, не боятся, не кормят нас, сил не дают, крови не жертвуют. Вот мы и собираемся в таких местах, где науки и техники по меньше, а природы побольше.

Тут ведь и люди другие, всякого напугать можно, а кого и в болото заманить. И люди поймут и искать не станут, скажут – лес дань забрал.

- Вот, значит, как, людей тут губите? А ты-то Платоша чем питаешься? Не человечинкой-ли? Это значит, я спать лягу, проснусь, а меня-то и нету?

- Да что ты, матушка! Это когда домовые людей-то ели? Та и тебе-то что переживать? – хитро прищурился Платон, - ты-то ведь и не человек вовсе.

- А кто же я?

- Так ведьма ты, матушка, самая настоящая, природная, к тому же сильная. Вон как паутину болотницы-то разорвала, даже глазом не моргнула, а это не каждая ведьма может, даже опытным порой это не под силу.

Они ведь, болотницы, тоску насылают лютую, печаль, сил да радости лишают и глаза отводят так, что не сразу и сообразишь, что заколдована.

А ты и соображать не стала, почти разом нити-то увидела. Это редкий дар. Так только потомственные и посвященные ведьмы могут, которым сила принадлежит по праву рождения и по крови передана.

Но ведь такого не может быть. Я всегда была абсолютно обычной, даже слишком. Ну, может, где-то соображала чуть быстрее, где-то везло чуть больше, чем остальным, но ведь это тоже нормально.