Всегда один

Май, как-никак — силы уже на исходе, срочно требуются каникулы. Я из последних сил брел к выходу из школы, в голове — звон и тягучие обрывки мыслей. 7 уроков сегодня... да ещё химия последним. Зачем она нам вообще нужна, а? Ну не химик я! Дали бы что-то простенькое, базовые какие-то вещи, навроде "Менделеев — руль форева" или "кислоту пить нельзя!", чтоб не совсем дубом быть — и ладно. Ну даже пусть неорганическая, это ещё как-то можно понять и осмыслить. Но не запомнить, нет — все это по-любому вылетит из головы ещё до окончания школы.

А уж органика — это и вовсе за гранью разумного. Вот есть у нас Петро — он фанат, сейчас наверняка забурился в лабораторию и что-то там с училкой обсуждает. Скоро опять на олимпиады поедет, он у нас чемпион, пусть и местного-областного уровня, но в нашей школе и таких — пара человек, не больше. Вот и пусть бы химичка тратила свое ценное время на него! А мы бы что-то класса из 7 повторили — никто ведь наверняка ничего не помнит уже. Но нет: на уроке учитель хлебает горе полной ложкой, пытаясь хоть как-то расшевелить 30 обалдевших к концу дня школьников, тупо пялящихся на неё пустыми глазами, а реально кого-то учить приходится к вечеру ближе.

Мда.

Тут меня довольно грубо остановили, хватая сзади за ворот.

— Шурочка! Наша спортивная гордость! — Это Лысый, местный школьный хулиган, старше меня на год. И с ним ещё двое.

— И тебе привет, — как бы мне ни хотелось со всей дури заехать ему по зубам — да с ноги! — шансов у меня никаких, проверено неоднократно.

И Лысый отлично знал, обо всём: и о моём желании "с ноги", и о том, что шансов нет. И его это здорово забавляло, всегда:

— Ух ты какая злая чемпионка! Что-то не так? Двойку поставили? Кто обидел Шурочку? — тут он резко стал серьёзным. — Давай быстрее, Альба ждёт.

Альба — это самый главный в школе. Хулиган? Нет, сам он никогда ничего такого не делал. Он — лидер группы "верхних", почему они так назывались — бог весть, там было полно тех, кому до старших классов ещё далеко. Группировка была большая, почти в каждом классе «учились» представители.

И они правили школой куда вернее, чем учителя или директор. Точнее — правил Альба, через своих подручных. Вот они-то никогда не стеснялись, если надо дать кому-то в глаз или сорвать урок.

А этот конкретный Лысый занимал должность главного боевика, его чаще всего выставляли "верхние", если понадобилось привести кого-то к покорности. Что интересно — он вовсе не был лысым, почему его так прозвали — неизвестно.